Валерий Стольников
персональный сайт
Разделы
Полезные материалы
Сборник моих стихов
Фото галерея
Спектакли и постановки:
«Царь зверей Лисёнок»
«Царь зверей Лисёнок»
Музыкально-театральная компания «ЛюDI»
«Виртуальный маскарад»
«Виртуальный маскарад»
Москва, Московский академический театр имени Ермоловой
«Я люблю тебя, бабушка»
«Я люблю тебя, бабушка»
Сургут, Сургутский музыкально-драматический театр
«Моцарт»
«Моцарт»
Тюмень, Тюменский драматический театр
«Моя прекрасная леди»
«Моя прекрасная леди»
Москва, Театр оперетты
«Наследники тарн»
«Наследники тарн»
Сургут, Сургутский музыкально-драматический театр
«Свободная клетка»
«Свободная клетка»
Санкт-Петербург, театр Галерка

Свободная клетка

Валерий Стольников

«СВОБОДНАЯ КЛЕТКА»

мюзикл в двух актах


Действующие лица:

ЛЕВ
ЧЕЛОВЕК
ЗМЕЯ
ШАКАЛ
ОСЕЛ
ЛИСА
МЕДВЕДЬ
СВИНЬЯ
ПАНТЕРА
ЗВЕРИ (музыканты, танцевальная группа)

Место действия – стилизованный городской зоопарк, обозначенный деталями интерьера и не требующий конкретной визуальной идентичности. Основное действие происходит в баре-казино зоопарка и в условном пространстве зоопарка. Звериные маски для персонажей категорически нежелательны, обозначение звериной принадлежности должно быть максимально условно, но узнаваемо.

ПРОЛОГ

На сцене – несколько клеток. Все они пусты. В одной – центральной – появляется Пантера.

ПАНТЕРА:
Черная, черная ночь.
В каплях звездной крови.
Я твоя, я твоя дочь,
Черная ночь любви.
Голая, нежная страсть.
Лап мохнатый излом.
Черная грозная пасть.
В горле сдавленный ком.
Черная звездная ртуть
Выльется на стекло.
Черную сильную грудь
Болью заволокло.
Тихо я, молча уйду,
Растаю в ночной тиши.
В сладком черном бреду
Зализывать боль души.

По ходу романса в остальных клетках появляются звери и молча слушают этот зов Пантеры. Закончив романс, Пантера исчезает, но ее опустевшая клетка некоторое время остается центром внимания. Затемнение.

АКТ ПЕРВЫЙ

Бар-казино. Справа – стойка с вращающимися табуретами, столики со стульями, оркестр на возвышении. По центру и чуть в глубине сцены на пьедестале – трон (кресло с высокой спинкой и наброшенной шкурой тигра). Слева и ближе к рампе – рулетка.

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Звери суетятся в качестве официантов (протирают столы, расставляют салфетки и проч.). Осел таскает через сцену какие-то коробки, ведра и проч. Появляется Шакал.

ШАКАЛ: Шустрее, чтоб вам всем похудеть! Рабочий день в зоопарке кончается, а у вас тут как в привокзальном ресторане. Сейчас зверье притопает, а у нас пыль и квас теплый. А вдруг у Его Величества жажда раньше обычного взыграет? Что тогда?! Осел! На шашлык пущу! Перебирай-перебирай ногами-то. (Смотрит в окно) Ага. Раз-два-три-четыре-пять идет. (персоналу) Живее! И под лапу ему – не попадаться!

Появляется Медведь.

ШАКАЛ: Доброго Вам здравия, Михаил Львович. Что будем пить? Сюда, пожалуйста. Ставим на звериную судьбу, и – была не была?
МЕДВЕДЬ: Уволь, Львович. Я же вчера – в дым, не помнишь? Что у тебя стулья такие хлипкие – трещат и трещат? Прямо как моя голова. Зачем ты, шакалья морда, меня всякий раз спаиваешь, а? Зачем? Смотри – задеру, аки овцу. Как смену отстоял – ума не приложу. А эти еще кричат весь день: Мишка, пососи лапку! Мишка, на конфетку! У меня с их леденцов – изжога, веришь? Выть хочется. Уйди!

КУПЛЕТЫ МЕДВЕДЯ

Раз, два, три, четыре, пять
Вышел Мишка погулять.
Расходись, честные звери,
Запирайте крепче двери.
Знайте силушку мою –
Не замечу, как прибью.

Вы поверьте, я – не злой,
Я с рождения такой.
Не спасут ни врач, ни стены,
Если лапой вас задену.
В общем, Боже упаси
Встретить Мишку на Руси.

Я характером – добряк.
Зашибу -- и враз размяк.
И об этой неудаче
На поминках горько плачу.
С горя выпью литров пять
И в тоске пойду гулять.

Раз, два, три, черыре, пять,
Вышел Мишка погулять.
Поглазеть на мать-природу,
Показать себя народу.
Порезвиться, покутить,
Протрезвиться, пошалить.
Раз, два, три, четыре, пять,
Кто не спрятался – я не виноват.

МЕДВЕДЬ: Тесно мне жить, Шакал. И решетку я сегодня опять погнул…
ШАКАЛ: Да ну?! Так что будем пить?
МЕДВЕДЬ: Но не со зла ведь, слышь, Шакал? От тоски все. Только ты Его Величеству не говори, ладно?
ШАКАЛ: Ни звука.
МЕДВЕДЬ: Врешь, расскажешь. А я из тебя за это пчел накрошу, ничего идейка? Ты пойми, тесно мне там, до того тесно! Мне бы другую клетку. Как у тебя. Или как у Пантеры – вообще мечта. Кстати! Кстати! Пантера весь день к публике не выходила. Зазналась, говорю тебе – зазналась. Еще бы - с такой клеткой… А мы с Его Величеством ее накажем – сошлем в гастрольный вагончик. Ничего идейка, а?
ШАКАЛ: Я бы не делал выводов, Михаил Львович. Ну не выходила. Может, они с Его Величеством так договорились? Может, у уважаемой Пантеры Львовны мигрень разыгралась? Может, у нее, у драгоценной нашей, был особый пророческий день? И пусть у нее грустные пророчества. Зато она – родственница Его Величеству. И я всегда прислушиваюсь к ее словам и принимаю их близко к сердцу. Подумаешь, не выходила весь день к публике?! Что с того? Всегда выходила, а сегодня – нет. Вы же знаете, что Пантера у Его Величества на особом положении.
МЕДВЕДЬ: Ты трус. Все вы здесь – трусы. Я бы не пошел с вами на диких пчел. (официанту) Ты кто? Сгинь, тоску наводишь.
ШАКАЛ: Чем тоску заливать будем?
МЕДВЕДЬ: Рассола.
ШАКАЛ: Я, Михаил Львович, наверное, ослышался.
МЕДВЕДЬ: Жбанчик рассолу бы мне. Осинового.
ШАКАЛ: Понял, понял (жест официантам). Какие новости?
МЕДВЕДЬ: Какие могут быть новости? Лев как всегда мудро руководил: утром выкатил солнце, днем приказал раздать обед, вечером народишко повыгонял, сумерки потом…- отец родимый! Повезло нам с царем. И чего Лиса от него бегает?
ШАКАЛ: Чш-шшш!
МЕДВЕДЬ: Молчу-молчу. Я вообще рыжих не люблю. Бурых люблю, а рыжих как-то не очень.
ШАКАЛ: А что Змея Львовна?
МЕДВЕДЬ: Змея как Змея. Еще рассолу! Противная она: Ш-шшш, ш-шшш… шипит. Но Лев ее ценит. А за что? Моя воля – завязал бы узлом и в прорубь.
ШАКАЛ: Не скажите, Змея – красавица и умница. Только гордая очень.
МЕДВЕДЬ: Что, не поддается тебе никак? А ты не отступайся! Иди вперед, напролом! Бери ее силой – пусть извивается.
ШАКАЛ: Я… Знаете что, Михаил Львович? Я бы попросил, потому что никого… Что вы лапами нестриженными в душу? Не надо…
МЕДВЕДЬ: Остынь, Шакалишко. Полиняешь. Просто по-мужски противно смотреть, как ты за ней пресмыкаешься. Кстати, есть новость! (заговорщицки) Лев переводит Свинью в самый дальний загон. Чтобы, значит, совсем с глаз долой. А ведь какая была любовь! Какая любовь.
ШАКАЛ: Я не обсуждаю решений Его Величества.

СЦЕНА ВТОРАЯ

Те же. Появляется Лиса.

ШАКАЛ: Разлюбезная наша Лиса Львовна! Как я рад, как я рад. Сюда, пожалуйста. Не дует? Шампанского! Прекрасно выглядите. Еще утром Его Величество отметил: до чего хорошо выглядит у нас Лиса Львовна.
ЛИСА: Шакал Львович. Признайтесь, что это вы отравили Пантеру?
МЕДВЕДЬ: Конечно, он! Самогон из бизоньего навоза гонит? Гонит. Он нас тут всех потравит, если я его вовремя не задеру. У меня на него давно печенка болит.
ШАКАЛ: Я?! Отравил?! Да вы что?! А кто сказал? Завистники! Завистники!
ЛИСА: Конечно, вы. Вместе со своим другом Медведем Львовичем.
ШАКАЛ: Как вам не совестно, Лиса Львовна. Да я за весь день хвоста не опустил – все у плиты, все поручения Его Величества. Я без его команды – ни лапой, вы же знаете. Подозревать меня?! Кто вам сказал? Бред! Вредный бред!
ЛИСА: Ну, а что у нас это вдруг глазки забегали, лапки задрожали, а? Расслабься, я пошутила. Думала, будет смешно… Целый день – люди, люди, люди… Придешь вечером отдохнуть – и тут не лучше, словно те же лица – ни одной нормальной звериной морды. Ну что уставились? Лису не видели? Передушить вас, как кур. Пантера тоже хороша. И ведь ничего ей не будет, потому как – родня. Была бы я родней, он бы ко мне не приставал.
ШАКАЛ И МЕДВЕДЬ: Чш-шш-шш!!!
ЛИСА: Что «чш-шш»? Что «чш-шш»? Как под шкуру ко мне лезть, так никто ничего не видит и не слышит… (замечает проходящего мимо Осла) Добрый вечер, Осел Львович. Что же вы даму не замечаете?
ОСЕЛ: Извините, заработался.
ЛИСА: Осел Львович, а давайте сыграем? Я бы поставила на любовь, а вы?
ШАКАЛ (бросается к рулетке и запускает там шарик): На любовь так на любовь. (напевает)
Крекс, пекс, фекс!
Только деньги, власть и секс…

(Осел молча выходит)

Увы, разлюбезная, Вам немножечко не повезло. Сыграете второй тур?
ЛИСА: Шакал-Шакал… Глупое жалкое создание. В любви второго тура не бывает. В ней каждый тур – либо первый, либо последний.

ПЕСНЯ ЛИСЫ

Жизнь такой оборот приняла –
Я люблю, я люблю Осла.
Кто бы знал, как Лиса скучает,
Ведь Осел ее не замечает.

Припев
Я брожу по лесам, я брожу по лугам.
Хочешь, звездочку с неба тебе я отдам?
Я на все, я на все готова.
Ну не будь же со мной суровым.
Мне слышатся всюду твои слова,
Повтори же мне снова «И-а, и-а».

Здесь так скверно, сыро, противно.
За себя и тебя обидно.
Как умен ты, никто не знает,
Нас никто здесь не понимает.

Припев

Дьяволу душу за грош я продам,
Чтобы легче на свете жилось ослам.
День и ночь, день и ночь напролет я молю,
Я Осла люблю.

Припев

ШАКАЛ: Кстати, о любви. На днях Его Величество — мы вместе морс кушали — мне говорит: надоело, говорит, одиночество. Хочется достойной меня любви и ласки. Пора уже строить надежную, говорит, семейную гавань, где бы уставшая лодка моей судьбы… то есть не моей, а судьбы Его Величества…, где бы уставшая лодка, где бы она…
ЛИСА (перебивает): С этим – к Свинине Львовне, пожалуйста.
ШАКАЛ: Побойтесь сторожа, любезная! Кто же не заблуждался? Вы не можете отказать настоящему зверю в праве на ошибку. Даже я в своей жизни ошибался раза четыре.
МЕДВЕДЬ: И я ошибся! Грустно, господа звери. (пробует петь) Раз, два, три, четыре, пять. Вышел Мишка… Тошно мне! Как же мне тошно! В лес хочу, в Беловежскую пущу. Чтобы берлога и мед дикий. Дикого хочется, настоящего. А то клетка… Разве это клетка? Тесно, сыро, голова болит… Разве это звери? Разве вы звери, господа? Я понимаю Пантеру, как же я ее понимаю! Как же мне тошно!
ШАКАЛ (кричит, выхватывая со стойки бара поднос): Не надо, Миша. Я прошу тебя. Всем трудно, Миша. Миша!!!

(Медведь ищет, чего бы сокрушить. Отталкивает официантов, завязывается драка. Сзади к Медведю привычно и уверенно подходит Шакал и бьет его подносом по голове. Медведь падает.)

ШАКАЛ: Нашатырь!
ЛИСА: Мышьяку!

(Еще до его крика со склянкой и платком к ним бежит Осел. Шакал смачивает тряпку, тычет ею в лицо Медведя. Тот дергается и рычит. Ему становится лучше. Медведь остается на полу вплоть до появления Льва).

ЛИСА (Ослу): Я удивляюсь, как это Вы так -- всегда вовремя.
ОСЕЛ: Потеряем мы его. Жалко.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Те же. Появляется Свинья. Она шумна, неуклюжа, восторженна. Она по ходу песни подсаживается за разные столики, пристает к зверям, берет за грудки, рассказывая, пробует с чужих тарелок и проч.

ПЕСНЯ СВИНЬИ

Я чувствую слабость
Всегда делать гадость.
Творить обожаю бесчинства.
Коль скажут порою,
Под дубом порою –
На благо всеобщего свинства!

Припев
Свинское стадо –
Вот все, что мне надо.
Сплочение и единство!
Пролезть за ограду
Соседнего сада –
Да здравствует общее свинство!

СВИНЬЯ: Осел! Ты зачем убрался в моем загоне, скотина эдакая? Сказано тебе: не трогай. А то пришел, все вычистил, все испортил. Раздавлю!
ОСЕЛ: Хорошо-хорошо, Свинина Львовна. Не хотите – не буду у Вас убирать. Никогда не буду. Ушами клянусь.

СВИНЬЯ:
От страха немею,
Что вдруг похудею.
Что стану я стройной, противной.
Дайте мне желудей
Пожирней, покрупней
И лужу с запахом тины.

Припев

СВИНЬЯ: Что это Вы делаете, Лиса Львовна?
ЛИСА: Не могу понять, чем это от Вас так пахнет.
СВИНЬЯ: Ложь и клевета. Нате, нюхайте. Все! Все нюхайте. Чтобы я… Да ни один кабан… А Вы – подлая, подлая, подлая. Вы у меня кавалера увели. И я этого так не оставлю. Как вот вцеплюсь сейчас в космы-то Ваши рыжие…

Известно прекрасно,
Как я сладострастна,
Как нежна я и как сексапильна.
Я, пожалуй, не прочь
Провести с вами ночь.
До чего же я любвеобильна!

Припев

СВИНЬЯ: Сегодня у моей клетки было просто столпотворение. Глаза вылупили и так тычут своими пальцами противными, тычут, тычут… И все грудь мою обсуждают. А глаза до того жадные. Двое-трое были еще ничего, а остальные – кожа и кости, кожа и кости… А Пантера, между прочим, на работу так и не вышла. Не вышла, не вышла – я точно знаю. У меня с юга ее клетку прекрасно видно. И я как зверь благородный все расскажу Его Величеству. Пусть ее за это к грызунам сошлют! Сошлют-сошлют, вот увидите. Его Величество знает и ценит. (всхлипывая) Ценит и знает. (натыкается на Медведя) Михаил Львович, Вам нехорошо? Вам бы лучше тогда не на полу полежать, а в луже – это прекрасная профилактика.
МЕДВЕДЬ (с пола): Сейчас я тебя задеру.
СВИНЬЯ (торопливо): Шутнишечка… Ну не здесь же… Вот приходите ко мне в загон, там и… поговорим. Обожаю решительных самцов.

СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ

Те же. Появляются Змея, потом Лев.
Змея критически осматривает бар, одергивает шкуру на троне, придирчиво всматривается в лица зверей.

ЗМЕЯ (Свинье): Тих-ха!
СВИНЬЯ: Змея Львовна! Как благородный зверь не могу молчать: Пантера весь день…
ЗМЕЯ (перебивает): А ес-сли Вы ещ-ще будете в рабоч-чее время развратнич-чать, ос-станетесь без ж-желудей. Яс-сно?
СВИНЬЯ: А вот Пантера…
ЗМЕЯ: Не ваш-шего. Ума. Дело.
СВИНЬЯ: Что? Какого ума? Вы слышали, она меня дурой обозвала! Все, мое терпение кончило терпеть. За-да-влю!!!
ЗМЕЯ: Думаешь, шкуру твою не прокушу? Не надейся! А яд у меня быстрорастворимый, настоянный. Шакал! Пиши в меню «свиные котлеты с кровью».
ШАКАЛ: Я тут ни при чем!
СВИНЬЯ: Испугала, да? Ага, кабан веревки испугался… Натощак помрешь!!!
МЕДВЕДЬ: Шакал, ставлю на змею!

(готовая вспыхнуть драка моментально прерывается появлением Льва из глубины сцены. Тут же аплодисменты, восклицания. Лев входит с ПЕСНЕЙ ЛЬВА ПЕРВОЙ. С ней он обходит всех зверей, которые повскакивали с мест, усаживает их, демонстрируя псевдосмущение; кивает, жмет руки, похлопывает по плечам, заглядывает в тарелки, запускает колесо рулетки.)

ПЕСНЯ ЛЬВА ПЕРВАЯ

1.
Мне под старость так мало надо,
Ну, какой я теперь государь?
Моя жизнь – моя серенада
Отзвучала под старый рояль.

Припев
Как мне тяжек мой крест монарший.
Как хочу на покой, господа.
Только страшно мне, страшно, страшно,
Что же будет с вами тогда?

2.
Кто возьмет на себя это бремя?
Кто же всех вас тогда защитит?
В наше очень нелегкое время
Столько трудностей на пути.

Припев

Лишь при мне вас никто не тронет.
Не отнимет еду и питье.
И пока я сижу на троне,
Будет счастливо все зверье.

Припев

3.
Вы как дети мои мне милы.
Вы мне дороги, а не жизнь.
Потому из последней силы
Я себе говорю: держись!

Последний куплет – с трона. По окончании – аплодисменты. Лев сдержанно и псевдосмущенно раскланивается.

ЛЕВ: Спасибо. Тронут. Достаточно. Счастлив вас видеть. Хотя сегодня не самый подходящий день для радости. Я не оговорился – не самый. Дело в том, что в наших рядах оказался предатель и дезертир.
ШАКАЛ: Я все объясню! Меня оклеветали!
ЛЕВ (не реагируя на Шакала): Сегодня утром из зоопарка сбежала в лес Пантера Львовна.
СВИНЬЯ: Скатертью дорога!
МЕДВЕДЬ: Сбежать из такой клетки? Вот дура-то!
ЛИСА: Я так и знала. Хвостом чуяла в ней цыганку.
ШАКАЛ: Я всегда говорил, Ваше Величество: нельзя ей доверять! Втерлась, понимаешь, воспользовалась своей гинеко… э-э генеалогией. Прорицательница, ексель-моксель! Пусть даже и не возвращается – не пустим! Ведь правда, Ваше Величество – не пустим? А то как это: захотела – и убежала. Что у нас здесь, спартакиада что ли, чтобы бегать?
ЛЕВ: Мне понятен ваш гнев. Но теперь встает вопрос: кто займет ее клетку – одну из лучших в зоопарке. Шакал Львович, принесите ключи от бывшей клетки Пантеры. От свободной клетки. (Шакал уходит)
МЕДВЕДЬ: Ваше Величество! У меня клетка – не развернуться, я ей регулярно урон наношу. А эта – как раз мой размер! Мой, Ваше Величество!
СВИНЬЯ: А я многодетная! Многодетная я!
ЛЕВ: Да, нам всем тяжело. Мир устроен так, что есть высокие создания – звери
и низшие существа – люди: отвратительные, мелочные, жадные, глупые. Они приходят к нам, глазеют, облизываются от зависти, и только вид наших царственных клыков и когтей заставляет их бояться. Иначе они давно бы отняли у нас клетки, загоны, еду, питье, наших подруг и сестер. Если сегодня мы уступим им хоть одну клетку, завтра они захватят весь зоопарк. Но мы мужественно, с гордо поднятыми мордами несем стальные капканы своей судьбы. И только наша стойкость и наше мужество…

СЦЕНА ПЯТАЯ

Те же. В ужасе вбегает Шакал.

ШАКАЛ: Там… Там… Там… Катастрофа!!!
ЛЕВ: Если я правильно Вас понимаю, уважаемый Шакал Львович, что-то случилось?
ШАКАЛ: Ваше Величество, я не виноват!
ЛЕВ: Где ключ?
ШАКАЛ: Я тут ни при чем. Он, наверное, через забор. Все пропало!
ЛЕВ: Ключ!
ЗМЕЯ: Или ж-же ты скаж-жешь ч-что нибудь, или я тебя надкуш-шу.
ШАКАЛ (плачет): Я не виноват…
ЛЕВ: С огнем играешь, Львович. Говори!
ШАКАЛ: Я подхожу, а в клетке… человек.
ЛЕВ (начиная раздражаться): Какой человек? Что он там делает? Почему ты его не прогнал? Где ключ? Ты начинаешь меня сердить.
ШАКАЛ: Говорит: теперь я буду в этой клетке. Я ему, конечно, не поверил. Я рассмеялся ему в нос. Вот так вот: ха-ха-ха! Я сказал ему «ха-ха-ха» и чтобы он убирался, а не то Его Величество позову. Я взял его за грудки – вот так вот – и сказал ему «пшш-шел вво-он!»
ЗМЕЯ: А что он?
ШАКАЛ: Не пошел.
ЛЕВ: И ты, конечно, убежал?
ШАКАЛ: Исключительно, чтобы поскорее доложить.
МЕДВЕДЬ: (Шакалу) Обложался. (Льву) Ваше Величество, можно я отлучусь – человека задеру?
ЛИСА: Человек? А какое вообще человек имеет право быть среди нас? Он что – зверь? Наглость какая!
СВИНЬЯ: Он что думает, что мы будем его кормить?

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Те же. Появляется молодая девушка. Короткая немая сцена. Потом звери начинают оживать, перешептываться, все смелее высказываться и комментировать.

МЕДВЕДЬ: Как хотите, а – хлипковата.
ШАКАЛ: Клыков – посмотрите, у нее совсем нет клыков! И шерсть – только на голове.
ЛИСА: А когти? И с таким маникюром она претендует на клетку Пантеры? Извините, мне с этого смешно.
ШАКАЛ: У нее даже хвоста нет…
ЗМЕЯ (человеку): Ш-што тебе нуж-жно здес-сь?
ЧЕЛОВЕК (робко): З-здравствуйте…

(пауза)

ЧЕЛОВЕК (робко): Д-добрый день…
ЗВЕРИ: Фы-рр!
ЛЕВ: Чего тебе, девочка? Ты потерялась? Ты ошиблась? (весело) Она просто ошиблась!
ЗВЕРИ (весело-агрессивно): Ошиблась-ушиблась!
ЧЕЛОВЕК (осмелев от безысходности): Я рада приветствовать вас, братья и сестры!

(пауза)

ЧЕЛОВЕК (чуть не плача): Вы не думайте – я не причиню вам зла. Я пришла к вам с добром.
ШАКАЛ (озираясь на Льва): Какая наглость! А, Ваше Величество?
ЛЕВ: Уходи. Положи сюда ключ и уходи.
ЧЕЛОВЕК: Не уйду!
ЛЕВ: Будь благоразумной. Шкуру свою спасай.
ЧЕЛОВЕК: И не надо меня пугать! Не надо меня… Я пришла к вам как… друг.

Этот мир бесконечно жесток,
Беспризорно мы в нем кочуем.
Наших душ замороченный стон
Я, я, я чую!

В состоянии вечной зимы
Мы друг другу со зла не верим.
А по сущности добрые мы
Все, все, все звери…

О любви среди ночи скулить,
Одиноко зализывать раны,
И при этом ненежными быть -
Так, так, так странно…

Пусть в лицо мне и ругань, и смех,
Пусть мой ангел пока повержен.
Мир спасается только на тех,
Кто, кто, кто нежен…

Мне с детства было больно видеть, какие жестокие нравы царят у вас за вашими решетками. Вы несчастны, в вашей жизни нет нежности. Я пришла, чтобы дать вам эту нежность. Я научу. Я научу вас нежности. Потому что без нее… без нее ничего невозможно. Нежность и доброта должны царить повсюду. И тогда вам просто не будут нужны никакие решетки. Тогда вы их сами…
СВИНЬЯ (перебивая): Она хочет забрать наши клетки!
ЛЕВ: Давай по-хорошему. Уходи, мы отпускаем тебя. Мы устали. Нам с утра работать.
ЧЕЛОВЕК (обрадованно): Мне тоже с утра на работу! Я ведь теперь буду с вами и работать, и жить. Я никого не потесню. Я буду жить в той клетке, которая освободилась после пантеры…
ШАКАЛ: Неслыханно! Михаил Львович, и вы, зверь, это терпите?
МЕДВЕДЬ: Терплю? Я лапы почесываю! (человеку) Да я тебе за клетку сейчас!…
СВИНЬЯ: Пернатым ее скормить, чтоб неповадно!
МЕДВЕДЬ: Раз, два, три, четыре, пять!
ЛЕВ: Стоять!!! Не будем портить себе вечер. Пойми же, глупая наивная девчонка! Ты – слабое, беспомощное существо. У тебя тонкая лысая шкура, слабые мышцы, хрупкие кости и зубы. Пойми, любому зверю будет стыдно такое соседство. Уходи. Мы не примем тебя. Нам не нужна твоя нежность.
ЧЕЛОВЕК: Нет нужна! Нужна, нужна, нужна – и не спорьте! Я понимаю, вы ненавидите людей. Потому что вы видите их только через решетку – надменных, дразнящих. Потешаются над вами. Бросают в вас что-нибудь. Палкой тычут. Поверьте, люди не все такие. Ведь люди – это тоже звери. Им просто тоже не хватает нежности. Поэтому они так себя ведут. А вы… вы ведете себя лучше. Вы даже не знаете, что такое нежность. Как она необходима, на что она способна. Нежность и доброта… Без этого не может быть ни любви, ни свободы. Вы просто не знаете… Только человек способен научить вас и себя нежности. И я научу…

(общее возмущение зверей)

ЗВЕРИ: Пусть уходит! Ей здесь нечего делать! Пошла вон отсюда! Пусть Медведь ее задерет!
ЛЕВ: Ты упорствуешь. И ты плохо кончишь. Сама не понимаешь, во что ввязываешься. Посмотри: за эту клетку они готовы глотки друг другу перегрызть. А тут ты… Не ложись под когти, дочка, не надо.
ЧЕЛОВЕК (с плачем): Я нужна вам. Нужна, и все… и не спорьте Вот увидите – ваша жизнь совершенно изменится, когда вы научитесь быть нежными. Вам будет стыдно своей жестокости. Я не уйду. Я сделаю для вас…
ШАКАЛ (по жесту Льва): Ах ты, волчица позорная! И на что же ты нас подбиваешь!? Ты нам политику не шей!!! Чужими лапами по капканам пройти хочешь?
ЗВЕРИ (их возмущение нарастает): Убить ее! Смерть! На клыки! Разорвать!
ЛЕВ: Не обессудь. Ты только что упустила неплохой шанс – остаться жить. Прощай. (делает жест зверям).

ЗВЕРИ

Ты не стой на пути. Ты не стой,
Если нету клыков и когтей.
Мы сейчас разберемся с тобой.
Без затей!

Даже зверь зверю – зверь, страшный зверь.
Кто крупней, кто сильней – тот и прав.
Лысой шкурой узнаешь теперь
Зверя нрав.

Трепещи! Трепещи! Трепещи!
Ты почувствуешь нашу любовь!
Потечет, как весною ручьи,
Чья-то кровь!

Человек - это очень смешно.
Человека так просто убить.
Сладким мясом хотелось давно
Закусить!

Мы запьем тебя белым вином,
Как советует душка Шакал.
И устроим на радость потом
Карнавал!

Мы оденемся в маски людей.
Окунемся в потешный дурман.
Станем зверя любого зверей.
Ша-арман!

Мы оденемся в маски людей,
Над уродством людским веселясь,
И над кучкою этих костей
Спляшем всласть.

ЧЕЛОВЕК: Но у меня – контракт!
ЛЕВ (зверям): Стоять! Этого не может быть.
ЧЕЛОВЕК: Вот! (показывает)
ЛЕВ: Шакал…
ШАКАЛ (подбегает и смотрит контракт): Подпись директора, печать, запах. Не подделка. Эх, такое вкусное дело сорвалось!
ЗМЕЯ (тихо и скорее радостно): Ш-шарман! Ш-што делается? Ни выгнать ее теперь, ни съесть. Плакала клеточ-чка, горюч-чими ч-человеч-ческими с-слезами плакала. Ш-шарман.
МЕДВЕДЬ: Значит, что – она займет клетку Пантеры? Это несправедливо! И я не могу ее задрать? Ну, хоть кого-нибудь могу? Я напьюсь! Ваше Величество!?…
СВИНЬЯ: Да я таких контрактов за свою жизнь знаете, сколько съела? Хрю-хрю и нету. Ей нельзя здесь. Она нас объест. Вот увидите. И клетка Пантеры для нее слишком велика. Ты там потеряешься и не найдешь свою миску.
ШАКАЛ: Нет, ну это все равно как-то не так, потому что нельзя же, чтобы совсем уж допустить такое, когда … и вообще. Как вы полагаете, Ваше Величество?
ЛЕВ: А что? Примем ее. Выдадим за Осла замуж – пусть ему убирать помогает. Смешно, правда? (звери делано и через силу смеются) Или ты хочешь быть с нами как равная?
ЧЕЛОВЕК: Мы все – равны.
ЛЕВ: Хорошо. Если ты не хочешь, чтобы звери обходили тебя стороной и плевали в твой след – пройди три вступительных испытания. Пройдешь – ты наша. Не сможешь – извини, уйдешь сама. Сама! Это, конечно, риск. Но это честная игра. Выбирай: или презираемой всеми Ослихой стать, или испытания пройти.
ЧЕЛОВЕК: Какие испытания?
ЛЕВ: Конечно, ты можешь испугаться и отказаться. Мы поймем тебя, девочка, и не осудим.
ЧЕЛОВЕК: Я хотела бы знать, что за испытания.
ЛЕВ: Считаю до трех. Раз!
ЧЕЛОВЕК: Что за испытания?
ЛЕВ: Два! Это ничего… Мы уважаем чужой страх.
ЧЕЛОВЕК: Я согласна.
ЛЕВ: Гррромче!!!
ЧЕЛОВЕК: Я – согласна!
ЛЕВ: Ты хорошо подумала? Ладно. Первое испытание – завтра вечером. Всем спокойной ночи. (Шакалу) А вас, Шакал Львович, я попрошу пройти со мной.

Шакал и Лев выходят на авансцену.

ШАКАЛ: Ваше Величество! А на клетке человека что написать?
ЛЕВ: Напиши: недообезьяна.
ШАКАЛ: Недообезьяна Львовна?
ЛЕВ (взрываясь): Идиот! Загрызу!!!!
ШАКАЛ (убегая): Верой и верой, правдой и правдой! Мамой клянусь!
Лев уходит. За ним уходят все звери, остаются Осел и Человек.

СЦЕНА СЕДЬМАЯ

Опустевший бар. Притушенный свет. Осел и Человек. Осел убирается.

ОСЕЛ: Знаешь, давай уходи отсюда. Пока еще можно. Про нежности хотела сказать? Сказала. Мы послушали. Все, уходи. Не будь самоубийцей.
ЧЕЛОВЕК: У тебя глаза – глубокие и печальные. Умные глаза. И красивые. Почему ты работаешь на Льва?
ОСЕЛ: Я не на Льва, я просто работаю. Лев меня терпит и будет терпеть – должен же кто-то за всеми убирать? Мы с ним славно ладим: мирно ненавидим друг друга. Впрочем, это нормальная здешняя атмосфера. Тебе не понравится. Уходи. Погибать из-за собственной наивности… Думаешь, Пантера убежала в лес? Ее убили. Подсыпали в ужин снотворного и спящую пригрызли. Страшная смерть. Уходи. Всех устраивает эта жизнь и не надо пытаться ее ухудшать. Не получится.

РОМАНС ОСЛА

Я уже не зову, не жалею, не плачу.
И уже ничего в этой жизни не жду.
Раньше ставил на дружбу, любовь и удачу.
Нынче верю в предательство, страх и вражду.
Я упрямо искал в чистоте постоянства
И упрямо старался добру послужить.
Только понял, нет в мире мудрее упрямства,
Чем упрямство простое и вечное жить.

Припев
Нам нельзя уповать хоть на чью-нибудь милость.
Потому что за это ударят больнее.
Только вот не пойму – отчего так случилось:
Я жалею тебя. Я жалею тебя. Я жалею, жалею, жалею…

ЧЕЛОВЕК: Пойми: я не случайно здесь оказалась. Это судьба. Я долго думала, мучалась, решалась. Жизнь всегда можно изменить к лучшему, но только изнутри этой жизни. Я часто приходила сюда, бродила между клеток, наблюдала ваши жесткие звериные нравы. И однажды поняла, что должна придти и помочь. Придти к вам с нежностью и добротой, о которых вы ничего не знаете. Жестокость – она…

ОСЕЛ:

Глупо ждать перемен и наивно, и странно.
Не изменимся мы, не изменится мир.
Мы по жизни от раны идем и до раны.
В каждой шкуре и донор живет и вампир.

Припев

ЧЕЛОВЕК: Значит, ты не будешь моим союзником?
ОСЕЛ: Не обижайся – не буду.
ЧЕЛОВЕК: Жаль, а я думала…
ОСЕЛ: Но и противником – не буду. (уходит)

СЦЕНА ВОСЬМАЯ

На сцене полумрак. Ночь. Человек репетирует свое завтрашнее выступление перед посетителями зоопарка.

ЧЕЛОВЕК: Главное – правильно начать. Например, так: Добрый день. Здравствуйте. Нет, никто меня сюда не сажал – я сама. Не смейтесь! Я нормальная. Просто жизнь – слишком жестока, ей не хватает нежности, катастрофически не хватает. И я хочу призвать вас к нежности из самого антинежного места – из звериной клетки. Нет, патетично. Не поверят. Может быть, проще: этот мир так жесток, так страшен и несвободен, что даже толика добра… а тем более из-за решетки.

Я боюсь. Где мне силы найти для борьбы…
Я стыжусь, что своей недостойна судьбы.
Я не знаю, с чего мне хотя бы начать.
Где слова отыскать, те слова отыскать…

В эту ночь, все решиться должно в эту ночь.
Я не знаю, кто мог бы хоть чем-то помочь…
Я к себе призываю счастливые сны…
Тают силы, которые так мне нужны.

Не молчи. Не посмей, испугавшись, уйти…
И прости. Эту слабость себе ты прости.
Впереди у тебя столько дел, столько дней…
Ты пришла научить этот мир быть нежней.

Что я им скажу? Как я им скажу, чтобы они мне поверили? Эти - не поверили. Смеялись. Чуть не загрызли. Они не знают, на что способна нежность. И доброта, конечно же доброта. Я расскажу им, как меня наказывали в детстве. И только бабушка, нежная моя бабушка…
Надо собраться, скоро светает, а я еще совсем не готова. Товарищи! Ой, что это я? Знаете, я любила бродить по зоопарку и кормить зверей. Они такие доверчивые и трогательные, когда тянутся к сахару. Причем здесь сахар? А если угощать будут -–что делать? Я бы сейчас мармеладика слопала!
Серьезнее, дорогая моя, серьезнее. Это – главное дело твоей жизни. Ты пришла сюда – шутка ли сказать – изменять мир, делать его нежнее и добрее. Ты же понимаешь: зоопарк только начало, первый шаг. А потом – дальше, к людям, через нежность. И если звериный круг станет нежнее, то люди увидят…
Ну же, соберись!
Нам не хватает доброты. И несвобода наша – от этого, оттого, что мы не верим в доброту и нежность других. Посмотрите: каждый зверь – за своей отдельной решеткой. Абсолютное одиночество. Зоопарк – самый точный образ нашей жизни. Мы все – снаружи и внутри себя – разделены мириадами решеток, сквозь которые не проникают ни доброта, ни нежность, ни любовь. Что вы делаете? Не бросайте сюда ваши конфеты, не мусорьте!

(Затемнение, занавес)

СЦЕНА ДЕВЯТАЯ

Выходит Осел и начинает мыть клетку. Появляется Лиса.

ЛИСА: Я рада Вас видеть, Осел Львович.
ОСЕЛ: Рады? Странно, но звучит это искренне. Тогда если можно – без отчества.
ЛИСА: Можно. Я и сама при слове Лев вздрагиваю. Он уже совсем стыд потерял: преследует меня на каждом шагу. Ну, зачем я ему, когда есть такая роскошная Свинья?
ОСЕЛ: При всем прочем Льву трудно отказать во вкусе. Не приближайтесь, Лиса Львовна, не пачкайтесь…
ЛИСА: Если можно – без отчества, ладно? А утро сегодня такое розовое-розовое. Как в детстве. И воздух чистый, прозрачный – хвост сам собой пушится. В такое утро хочется думать о чистом и возвышенном. Интересно, а как сейчас в лесу?
ОСЕЛ: В лесу? Никогда там не был. Лев пугает: голодно, холодно… но я не верю. С годами вообще становится труднее верить – теряется такая способность.
ЛИСА: Совсем теряется?
ОСЕЛ: Не совсем. Пожалуйста, не надо, мне жалко Ваш роскошный мех. У Вас все хорошо получается, Лиса Льво… просто Лиса.
ЛИСА: Спасибо. А у вас очень добрые глаза.
ОСЕЛ: А у Вас – красивые. Хотя раньше мне казалось, что они только хитрые и больше ничего.
ЛИСА: Жизнь меняется и мы меняемся. Я очень надеюсь на перемены. Так не хватает понимания и нежности. Человек говорит, что нежность – это главное. Но я думаю, что любовь – важнее. Ведь из-за любви каких только глупостей не наделаешь… И никто не осудит. Все понимают: любовь…
ОСЕЛ: Вот-вот, именно -- любовь зла. Это вы правильно… Глупости все. А чувствами надо управлять. Это можно, если постараться. И я Вас категорически прошу, Лиса Львовна, – не трогайте. Не надо мне помогать. Обойдусь.
ЛИСА: Почему не надо? Что в этом дурного? Я ведь от чистого сердца.
ОСЕЛ: Не надо. Я привык один. Потому что так проще.
ЛИСА: Странный Вы. Про меня всякое болтают: хитра, коварна, про кур – разное, в общем. Вы не верьте. На самом деле я совсем другая. Совсем…
ОСЕЛ: Вы заблуждаетесь. Не обманывайте себя и меня. Прощайте (отходит).
ЛИСА: Ненавижу. Всем сердцем – ненавижу.

ЛИСА: Я люблю. Вот такая случилась беда.
А в висках монотонно звучит: никогда.
А в душе снегопад. А в душе гололед.
Он меня не зовет. Он ко мне не придет.
ОСЕЛ: Я люблю. Вот такая случилась беда.
Мне уже не сбежать от любви никуда.
Я страдал. Я гасил эту искру как мог.
Но лишь пламя на сердце несчастном разжег.
ВМЕСТЕ: Время лечит. Время лечит.
Говорили мне врачи.
Будет легче. Будет легче
Стисни зубы и молчи.
Врали, что сгорит лучиной
Страсть, разлитая в крови.
Но любовь не излечима.
Нет лекарства от любви.
ОСЕЛ: Я люблю. И любовь как сквозь пальцы вода
Проступает сквозь шкуру и прямо – сюда.
Я не пью, я не ем, я ночами не сплю.
Эти рыжие волосы как я люблю.
ЛИСА: Я люблю. И подумать могла ли когда,
Что наткнусь я на стену ослиного льда.
Чтоб ее растопить, мне не хватит огня.
Он не хочет меня. Он не хочет меня.
Припев (вместе)

СЦЕНА ДЕСЯТАЯ

Вечер. Бар. Оркестр. Шакал и Змея у рулеточного стола.

ЗМЕЯ: На красное.
ШАКАЛ (бросает шарик): Смотрите, Змея Львовна, Вы снова выиграли. Вы разорите меня дотла! Хи-хи, смеюсь. Поверьте, меня очень непросто разорить. Я создал такой прочный фундамент для нашей с Вами счастливой совместной жизни, что…
ЗМЕЯ: Все шутите, Шакал Львович. Попробуем на 13. Хотя у людей это число считается несчастливым. Кстати, как там наш человек?
ШАКАЛ: Почему Вы мне не верите? Я такими вещами не шучу. Тем более, на моей высокой должности при Его Величестве. Смотрите, Вы опять выиграли, Змея Львовна! Нехорошо так смеяться над влюбленным. Вы водите меня за нос, вместо того чтобы смириться со счастьем и раствориться в моей нежности.
ЗМЕЯ: Вот-вот, и эта девочка все про нежности говорит. Так Лев съест ее? Уж Вы-то должны знать. Давайте на 45.
ШАКАЛ: Скажу Вам честно: Лев бы ее давно загрыз, если бы я не заступался. Что делать – добр по природе, добр и мягок. Но зато когда нужно… Смотрите, именно 45! Приходите ко мне сегодня ночью, мы с Вами еще поиграем.
ЗМЕЯ: Это нескромное предложение. Попробуем теперь на черное. Вам надо заниматься государственными делами, а не ночными играми. Например, что с человеком делать, вы уже думали об этом?
ШАКАЛ: Дался Вам этот человек. О! Вы опять в выигрыше. Его Величество придумал такие испытания, с которыми человек не справится. Так вы – придете?
ЗМЕЯ: Лев – мудр. Можно представить, насколько это головоломные задачи. Наверняка Вы ему помогали? Какие же? Давайте на зеро.
ШАКАЛ: Зеро… Зеро… Испытания Лев придумал сам и держит в секрете. Не мучьте же, Змея Львовна! Вы все время ускользаете от меня. Жестокая. Я всех прогоню, накрою стол, зажгу свечи… Дорогая моя! Вам фантастически везет. Именно зеро! Приходите, очень Вас прошу. У меня это так серьезно! Я на все, на все готов ради Вас. Истомился я, понимаешь?

ЗМЕЯ

Ты не смотри по сторонам. Направь свой взор сюда.
Известно каждому ежу: все в мире – ерунда.
Все в мире – бред. Все в мире – тлен. И ты не прекословь:
Одно спасение у нас – любовь, любовь, любовь.
Я поведу тебя туда, куда не ходит стыд,
Где наслаждение над всем сладчайшее царит.
Любовь – великая игра. Смелей в нее играй!
Доверься мне. Отдайся мне. И ты познаешь рай.

Припев
Вступи ж в любви водоворот.
От этих рук и плеч
По сердцу музыка пройдет
И задохнется речь.
Я знаю таинства проказ.
Я сладкая, как мед.
Отведай же меня хоть раз!
Вкуси любви щедрот.

О, ближе, ближе подойди. И лапой прикоснись.
Не прячь глаза, не прячь глаза. Быть нежным торопись.
Теперь вот это. Так. Вот так. А это я сама.
От этих совершенных форм легко сойти с ума.
Я так красива и стройна, мой нежен голосок.
Хочу, чтоб ты меня узнал от вдоль до поперек.
Не надо думать ни о чем – любовь мудрее нас.
Доверься мне, пока мой пыл сердечный не угас!

ЗМЕЯ: Вы действительно готовы ради меня на многое?
ШАКАЛ: Я готов на все!
ЗМЕЯ: Ш-шарман. Смотрите ж-же – не обманите девушку.
ШАКАЛ: Что вы, драгоценная! О-о! Пора открывать.

СЦЕНА ОДИННАДЦАТАЯ

Там же. Заходят практически все, кроме Льва и человека, шумно рассаживаются.

ШАКАЛ: Здравствуйте, здравствуйте. Сегодня нас ждет нечто особенное, нечто восхитительное! Заведение принимает ставки. Тридцать к одному против Недообезьяны! Делайте ставки!
МЕДВЕДЬ: Ставки! На все у него ставки! Тут клетку мою заветную… того, а ему – ставки! Издеваешься? Родиной торгуешь?! Задеру!

Двое-трое зверей подходят к Шакалу и делают ставки; появляется человек, воцаряя молчание, садится в одиночестве, от него отсаживаются.

СВИНЬЯ: Эта… Недообезьяна отказывается от гонораров! Какое хамство! Я сама слышала, как посетители говорили: зачем приносить еду, если не берут. Мы столько лет во главе с Его Величеством воспитывали посетителей, а она…
МЕДВЕДЬ: Народный гнев требует, чтобы я ее задрал. Подумаешь, контракт? Бумажка – она бумажка и есть, разве не так?
ШАКАЛ: Медведь Львович. Его Величество знает, что делает. Я бы Вас попросил.
ЗМЕЯ (человеку): Вы што же ничего не заказываете? Шакал Львович, перед испытанием положено кормить.
ШАКАЛ: Никаких распоряжений на этот счет не поступало.
ЗМЕЯ: Ш-шутите? Я Вас прош-шу. Я! Это просто ж-жалость, понимаете?
ЧЕЛОВЕК: Спасибо, я не голодна.
СВИНЬЯ: Если она не голодна, то почему мы должны страдать? Я буду жаловаться!
ЗМЕЯ: Ш-што первый день, милочка? Ж-жарко приш-шлось?
ЧЕЛОВЕК: Спасибо, нормально. Меня слушали. Меня впервые в жизни так внимательно слушали. И клетка, кстати, очень уютная.
МЕДВЕДЬ: Это мой размер! Это моя клетка!

СЦЕНА ДВЕНАДЦАТАЯ

Те же, там же. Появляется Лев. Звери повторяют ритуал: крики, аплодисменты, вскакивания с мест.

ЛЕВ: Спасибо, дети мои. Спасибо. Тронут. Перейдем сразу к делу, чтобы не затягивать. Ты готова? Итак, первое испытание! Несложное. Условия такие: если хочешь считать себя равной зверю, то ты должна издать такой грозный рык, который напугает хотя бы половину из нас. Задание ясно?
МЕДВЕДЬ (тихо): Голова! За такое грех стаканчик не опрокинуть.
ЧЕЛОВЕК: Это не честно.
ЛЕВ (человеку негромко): Разумеется. Не тяни – рычи давай. У тебя минута.

Звери образуют как бы полукруг, расступаются; и вдруг, обрывая музыку и дробь, человек кричит:

ЧЕЛОВЕК: Охотники!!!

На сцене начинается непроизвольная паника; звери мечутся, прячутся, причитают, вскрикивает.

ЧЕЛОВЕК: Ха-ха-ха! Я пошутила. Нет никаких охотников.
ШАКАЛ: Тебе ничего, ты – человек. А нам – конец. Это же такое страшное, что я и не знаю, что это такое.
МЕДВЕДЬ: Впервые про них слышу, а шкура вся дыбом встала. Спасите меня!
СВИНЬЯ: Ваше Величество, сделайте же что-нибудь!
ЧЕЛОВЕК: Давно так не смеялась. Нет никаких охотников! Нету! Лев! Я выполнила первое задание. Просили напугать – напугала.
ЛЕВ: Не спеши радоваться. Впереди еще два испытания. Ладно. Пока можешь занять клетку…Завтра!

Лев уходит. Шакал выбирается из укрытия, отряхивается…

ШАКАЛ (человеку): Слушай, как это так? Я же родился в зоопарке, про охотников даже не слышал. Но сердце прямо в лапы ушло. Пока!
МЕДВЕДЬ: Ты, землячок, не шути. Шкура – она всего одна, жалко. Точно нету?
ЧЕЛОВЕК: Откуда им взяться здесь, в зоопарке? Нету. Точно.
МЕДВЕДЬ: Вот спасибо. Ну, ты даешь! Чтобы я испугался? Чтобы шерсть на мне, как тысяча муравьев? Этого еще никому не удавалась. Уважаю. Иди к столу, смертница, заслужила.
ЗМЕЯ: Ловко это у вас получилось. Не ожидала. Как говорится, безумству храбрых… Досадно, однако, что вы не зверь и что вам так мало жить осталось. А то бы мы могли…
МЕДВЕДЬ: Если честно – тебя даже жалко. Отчаянная такая. Я тебе на могилку меду принесу – слово косолапого.
СВИНЬЯ: Теперь Вы должны выпить со мной на брудершафт. Просто обязаны. Пока вы еще живы.
ЗВЕРИ: На брудершафт! На брудершафт!

ЗАСТОЛЬНАЯ

Во время песни Человек по очереди выпивает со всеми зверями на брудершафт

Входи в наш круг, в наш круг звериный.
Располагайся. Не зевай.
Вкуси щедрот от пасти львиной,
И поскорее наливай.

Припев
Компанья – чудно хороша.
На брудершафт! На брудершафт!
Пусть рассупонится душа.
На брудершафт! На брудершафт!

Нас ценит Лев! Мы все – при троне.
Мы держим в страхе этот край.
Но мы пока тебя не тронем.
За нашу дружбу – наливай!

Припев

Мы здесь живем одной семьею.
Ты нас поближе разузнай.
Тут каждый вечер пир горою.
Ну что ты медлишь? Наливай!

Припев

ЧЕЛОВЕК: А вы – милые. Нам будет хорошо вместе. (выпивает)

Закуска есть – ума не надо.
У нас вполне звериный рай!
Так пей до дна за наше стадо
И сразу снова наливай.

Припев

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА


АКТ ВТОРОЙ

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Появляется Шакал. Чуть позже – Лев.

ШАКАЛ: Наш-то ой лютует! Не припомню его таким. И эти звери… Устроили братание, а мне за них отвечать. Потравлю всех, мамой клянусь – потравлю. Вот оно – бремя власти. Был бы я простым Ослом… Что-то будет, хвостом чую. Встречу его так: Доброе утро, драгоценнейшее наше Ваше Величество.

Появляется Лев; Шакал его не замечает

Или лучше так, строго: За время несения ночного дозора никаких происшествий. Звери всю ночь молились о здоровье Вашего Величества и беспокоились, как Вам почивалось после трудов правед…
ЛЕВ (перебивая): Скверно мне почивалось, чтоб ты сдох!
ШАКАЛ: Ва… мне… а… я… Величе…
ЛЕВ: Какая же ты все-таки скотина.
ШАКАЛ: Верой и правдой…
ЛЕВ: Заморр-рю!!!

Шакал падает без чувств

ЛЕВ: Все, преставился. Похороны по третьему разряду.
ШАКАЛ (садится и плаксиво): Почему по третьему, Ваше Величество? Верой и правдой, денно и нощно…
ЛЕВ (с досадой): Жив все-таки. Не тот уже у меня рык, не тот. Старею. Докладывай!
ШАКАЛ (встает):

Гавот ШАКАЛА И ЛЬВА
(возможно, присоединяется звериный хор)

ШАКАЛ: Я заверяю вас – все будет хорошо.
Все в нашей воле, Ваше совершенство.
Не хмурьте брови, светлое чело.
Вам будет завтрак – полное блаженство.
ЛЕВ: Опять обман, и чушь, и лесть.
И подданных тупая спесь.
Жить без любви – моя стезя.
Царю отказано в друзьях.
ШАКАЛ: Я заверяю Вас, что все наоборот –
Все обожают царское величество.
И есть Вы можете вам преданный народ
В любом составе и в любом количестве.
ЛЕВ: Нет, ты мне лжешь и все не так.
Здесь каждый третий – злейший враг
С улыбкой льстивой на устах.
И лишь одно их держит – страх.
ШАКАЛ: Мы заверяем Вас, что все полны любви
Вам покоряться, Ваше совершенство.
Для Вас все будет – солнце, соловьи,
И ночь с Лисою, полная блаженства.
ЛЕВ: Да, я силен и я велик,
И всех вгоняет в дрожь мой рык.
В царях дожить свой думал век.
А тут вот нате – человек!
ШАКАЛ: Я заверяю Вас, что это ерунда.
Над ним смеются, и прогнать бы рады.
И он для Вашего монаршего труда
Нелепость малая, а вовсе не преграда.
ЛЕВ: Когда бы так, что все – пустяк.
А впрочем, так оно и есть.
Я вечно буду править здесь.
Да будет так! Да будет так!

ШАКАЛ: Ваше Величество! За ночь никаких происшествий. Звери готовятся. Эта, с позволения сказать, Недообезь…
ЛЕВ: А шашлык вчера был суховат. Смотри, переизберу тебя.
ШАКАЛ (падая на колени): Верой и правдой, Ваше Величество, верой и правдой!
ЛЕВ: Боишься?
ШАКАЛ: Уважаю и люблю.
ЛЕВ: Что подхалим – это хорошо. Встань! Так что там человек?
ШАКАЛ: Ночью в клетке Пантеры репетировала. Несла полную ахинею, заговаривалась и ругалась сама с собой. Сейчас дремлет там на полу. Похоже, она того, с приветом от родни. Может, к ней ветеринара послать?
ЛЕВ: Дальше.
ШАКАЛ: Вела с посетителями разговоры, что Вы категорически не приветствуете. Отказывалась от гонораров. Призывала покончить с этой практикой. Мы все, говорила, равны, говорила. Ужас!
ЛЕВ: Что звери?
ШАКАЛ: Смеются над ней.
ЛЕВ: Хорошо. Но мало. Надо, чтобы презирали. Слухи?
ШАКАЛ: Распустил. Не прижились…
ЛЕВ: Бездарь!
ШАКАЛ: Верой и правдой.
ЛЕВ: Что за шум был вечером в баре?
ШАКАЛ: Возмутительное панибратство. Пели песни, пили на брудершафт, клялись в вечной нежности и оплакивали преждевременную кончину Недообезьяны. Разошлись под утро. Медведь Львович донес ее до клетки на лапах и обещал сегодня же жениться, чтобы успеть остаться вдовцом в вожделенной клетке.
ЛЕВ: Лиса Львовна?
ШАКАЛ: Прогуливается по центральной аллее.
ЛЕВ: Про любовь с ней говорил?
ШАКАЛ: Конечно. Она слушала меня, как соловья, и под слова об утлой лодке судьбы чуть не расплакалась.
ЛЕВ: Еще раз соврешь – убью. Пшел вон!!!!!
ШАКАЛ (подобострастно убегая): Верой и правдой, Ваше…
ЛЕВ (один): Полный кретин. Всю ночь какая-то мерзость снилась: будто Осел меня своим хвостом душит. Толком и не отдохнул. Веко дергается. Лиса опять не пришла. Неужели старею? (напевая) «Мне под старость так мало надо…» Нервная работа. Нервная и неблагодарная.

Пауза. Лев думает и меняется в насторении…

ЛЕВ: За что? Я старый, больной, уставший зверь – за что? Всю жизнь быть прикованным к трону, быть рабом власти, тянуть эту алмазную лямку. Всю жизнь слышать только лесть… За что? Чем не угодил царской своей доле? За что мне под старость эта девчонка? Видит небо – я не хочу ее убивать. А эти недоноски? Брудершафт!!! Мало я их рвал клыками? Почерк моих когтей подзабыли? Они будут ползать у моих лап. Она будет умолять меня выпустить ее из зоопарка. И тогда я посмеюсь. Последним на этой сцене -- посмеюсь.

ПЕСНЯ ЛЬВА ВТОРАЯ

Мне под старость так мало надо –
Только власть и еще раз власть.
И звериное это стадо
Не сумеет ее украсть.

Я ее заслужил и достоин.
Я клыками ее отстою.
Вы забыли, что Лев – это воин.
Я напомню. Я вас сгною.
И никто – ни тощий, ни сдобный
Не усядется в тень под балкон
На насиженный и удобный
До заноз мне знакомый трон.

Я еще покажу, я в силах
Как Нерон, все предать огню.
Не спешите мне рыть могилу –
Я вас раньше всех похороню.

СЦЕНА ВТОРАЯ

Лев. Появляется человек.

ЛЕВ: А, новобранка? Здравствуй. Как тебе у нас? Не скучаешь? Клетка не жмет? Звери не обижают?
ЧЕЛОВЕК: Ничего, все в порядке. А звери милые и такие все разные.
ЛЕВ: Ерунда. Они только шкурами разные. А внутри все – или маленькие львы, или большие шакалы. Ты неплохо вчера выкрутилась, но это было самое легкое испытание. О двух других даже думать не хочется. Знаешь, я тут подумал… После вчерашнего ты можешь уйти… победителем. Тебя будут вспоминать, досочиняют геройств. У тебя есть редкий шанс еще при жизни стать легендой. Подумай, взвесь хорошенько. А если останешься, ты будешь просто одной из нас. Ведь герои легенд не могут каждый день ходить по зоопарку. Одной из всех или – легендой для всех? Не торопись отвечать, подумай. Но и не тяни. (хочет уйти)
ЧЕЛОВЕК: (останавливая его) Я поняла тебя. Не надейся. Второе испытание состоится. А сейчас мне пора в клетку – скоро зоопарк откроют. (уходит)
ЛЕВ: Дур-ра! Ведь прр-ригррызу же! Какая жалость…
(уходит)

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

На сцене – звери в ожидании Человека. Человек появляется в своей клетке. Звери с усмешками приветствуют его появление.

МЕДВЕДЬ: Землячок, мы тут собрались тебя послушать – забавно говоришь.
СВИНЬЯ: Давай-давай, не тушуйся. Похрюкай нам перед смертушкой. Может, всплакнем над могилкой. Конечно, если Его Величество разрешит. Ты не бойся, их светлость сейчас ванну принимает – не застукает.
ЛИСА: Все-таки любопытно, знаете ли. Могла бы жить… А из-за каких-то слов… Интересно эти слова послушать. Нет, все-таки она больная. На всю голову больная. А лечится уже поздно. Но я рекомендую вам на том свете все-таки обратиться к хорошему ветеринару.
МЕДВЕДЬ: Да не больная она, а наивная. Я тоже когда много выпью – такой наивный бываю, что ничего и не помню. Тоже наговорить могу.
ЗМЕЯ: Не туш-шуйтесь, мон шер. Ш-што уж-ж вам теперь терять-то? Говорите, как есть. Решшительнее.
ЧЕЛОВЕК: Ничего-ничего, мне даже приятно. Я рада всех вас видеть. Вы такие замечательные и очень нежные… внутри – так глубоко, что сами не знаете. Мне есть, что вам сказать. Но сначала – давайте погладим друг друга по голове. Не бойтесь. Ну, пожалуйста – что вам стоит? Хорошо, давайте я первая.
(через решетку клетки гладит Медведя)
МЕДВЕДЬ: Приятно, однако. То есть – ничего себе, не противно. Теперь я тебя поглажу.
ЧЕЛОВЕК: Не меня – кого-нибудь другого. И так – все подряд. И не по одному разу, хорошо?

Пока она говорит, звери действительно потихоньку, с нежеланием, но начинают поглаживать друг друга по очереди, становятся веселее… может быть, кто-то даже щекочет другого.

ЧЕЛОВЕК: В каждом из нас есть доброта и нежность. Она есть наверняка. Хотя бы потому, что каждый из нас невольно к ней стремится. Мы хотим, чтобы мир был к нам нежен. А для этого надо сначала самим стать добрыми и нежными. Гладьте-гладьте друг друга, это правильно. Гладьте! Но мы оказываемся в жестоком мире. Мы черствеем. Мы закрываем наглухо решеткой тот источник нежности, который ключиком бьет в наших душах. А потом совсем забываем о нем. Уберите решетки! Станьте нежными, как зверята! Будьте нежными, призываю я вас!
СВИНЬЯ: А еще молодые желуди – такие нежные, такие нежные – прямо тают на клыках. Я их обожаю.
ЛИСА: Зря Осел Львович не пришел. Вот кому про нежность послушать бы следовало. Жалко, что ты до завтра не доживешь. Придется мне самой пересказывать. Как там про ключик-то было?
МЕДВЕДЬ: Ладно, землячок. Погладились напоследок и будет. Ты не думай, мы на тебя особого зла не держим. Но ты сама виновата. И хошь не хошь, а придется тебя задрать. Ты в клетке-то сегодня особо не мусорь – я чистоту люблю. (со смехом) И нежность.

Общий смех зверей. Затемнение

СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ

Вечер. Бар. У рулетки – Шакал и Змея.

ШАКАЛ: И опять – мимо. Не везет Вам сегодня, разлюбезная Вы моя Змея Львовна. Не везет. Не на того ставите. Еще?
ЗМЕЯ: Конеш-шно, уваж-жаемый Ш-шакал Львович. На красное. Не скулите Вы так, это не ш-шарман.
ШАКАЛ: Увы.
ЗМЕЯ: Проигрыш? Хорош-шо. Двадцать пять.
ШАКАЛ: Не то!
ЗМЕЯ: Тогда на ш-шестьдесят ш-шесть! Вы, как всякий мужчина, торопитесь делать выводы. Хорош-ша бы я была, побеж-жав по первому зову. А робость? А скромность? А ж-жеманство, наконец?
ШАКАЛ: Мимо! Вы мне этой скромностью уже полгода душу в куски рвете. Хватит! Делайте ставку.
ЗМЕЯ: Четыре. Вот на кого бы я сейчас точно не поставила – так это на Его Величество. Спокойнее, спокойнее… Мы с вами – лучш-шие головы в зоопарке. И нам следует думать о его будущем. Льва видели? Доходяга! Ему немного осталось. А врагов у вас… Кидайте, кидайте ш-шарик. О своей ш-шкуре думать пора. Представьте: анархия, зубры и крокодилы на свободе. Что с нами тогда будет?
ШАКАЛ: Вы заговариваете мне зубы опасными мыслями.
ЗМЕЯ: Правильными мыслями. У Вас рука дрогнула – не считается. Заново бросайте. Я предлагаю вам союз: политический и… не только. Мы смож-жем удерж-жать зоопарк, если вы не будете бякой. Что там?
ШАКАЛ: Кажется, четыре. Я еще раз брошу. О чем это Вы?
ЗМЕЯ: Ни меня, ни тебя звери в царях не потерпят: зависть, злоба, старые счеты. Значит, надо найти, на кого поставить, чтобы выиграть… Ш-шарман? И тогда можно будет спокойно заняться лаской, любовью и (иронизируя) нежностью.
ШАКАЛ: Четыре! Ура! Тебе начинает везти, дорогая моя!
ЗМЕЯ: Ш-шш. Нуж-жен такой, через кого мы бы правили этим звериным ш-шабашом. Ты понял меня, дорогуш-ша? Поставь на зеро. А ты, как мальчишка – ночью к нему не пришла и уже обида в нем копытом бьет. О другом сейчас думать надо. У нас еще столько ночей впереди…
ШАКАЛ: Зеро! Я счастлив!
ЗМЕЯ: Лучш-шего, чем человек, не сыскать.
ШАКАЛ: Ты с ума сош-шла!
ЗМЕЯ: Глупый. Ей уже потихоньку начинают сочувствовать. А вдруг она действительно пройдет испытания? Шанс есть. И ее тогда неплохо примут. Свежий зверь, новый герой… Каждый будет думать, что вот он выберет Человека, и человек будет делать, что ему надо. Понимаешь? Каждый зверь будет надеяться, что встанет тогда рядом с троном. Но в делах зоопарка человек ничего не смыслит. И мы будем управлять ею, как младенцем. А она пускай про свою нежность воркует. Дело верное. Думай, Ш-шакальчик. (воздушный поцелуй, уходит)

ПЕСНЯ ШАКАЛА

Трекс. Пекс. Фекс.
Только деньги, власть и секс
Безраздельно правят миром –
Вот его подтекст.

Тук.Тук.Тук.
Происходит все не вдруг.
Дождь и снег, закат и ветер –
Дело чьих-то хитрых рук.

Чек.Чек.Чек.
Появился человек.
Все смешалось в зоопарке,
Стало дном наверх.

Ша. Ша. Ша.
Надо думать не спеша,
Как не потерять на этом
Ни гроша.

Страсть.Страсть.Страсть.
Кто сумеет вырвать власть?
Как бы мне не ошибиться,
Вместе с кем-то не пропасть.

Жить. Жить. Жить.
Теплым местом дорожить.
И не важно, кто на троне,
Лишь бы услужить.

Ой. Ой. Ой.
Надо страх прогнать долой.
Решено: за человека
Вместе со змеей!

СЦЕНА ПЯТАЯ

Бар. Шакал. Появляется Человек.

ШАКАЛ: Вы сегодня – раньше всех. Рад видеть, рад. Что едим?
ЧЕЛОВЕК: Я бы заказала антрекот. Такой, хорошо прожаренный…
ШАКАЛ: Увы, увы – мяса давно не держим. Из этических и экологических соображений.
ЧЕЛОВЕК: Но я вчера слышала…
ШАКАЛ: Это традиция. Милая традиция: блюд нет, но названия остались. Могу предложить желудевый ростбиф, бефстроганов из сена, морковные колбаски. Есть и экзотика: маринованные корни тростника, например. Впрочем, специально для вас в нарушении всех инструкций – я посмотрю что-нибудь… после вашего выступления. Не желаете ли сыграть, испытать, так сказать, судьбу?
ЧЕЛОВЕК: Да вот звери соберутся – тогда и испытаю.
ШАКАЛ: Ха-ха, ценю юмор. Однако я о другом. Давайте так, шутки рады, поставим на Вашу клетку?
ЧЕЛОВЕК: Но она как бы еще не совсем моя. Испытания, вы же знаете…
ШАКАЛ: Подумаешь, испытания. Еще не ясно, чем они закончатся. А вдруг вы их пройдете? А мы уже сыграли!
ЧЕЛОВЕК: Вот после испытаний бы и…
ШАКАЛ: После – это уже не интересно. После всегда не интересно. А вот сейчас… В этом есть элемент отчаянной удали. Вы не находите?
ЧЕЛОВЕК: Не нахожу.
ШАКАЛ: Жаль. И все же, давайте шутки ради, ха-ха, поставим вашу клетку на… скажем, на красное.
ЧЕЛОВЕК: Почему на красное?
ШАКАЛ: Любимый цвет Его Величества. Который сейчас, похоже, доигрывает. Так я запускаю шарик?
ЧЕЛОВЕК: Не надо.
ШАКАЛ: Поздно. Уже запустил.
ЧЕЛОВЕК (забирая из круга шарик): Вы поспешили. Ставки еще не сделаны.
ШАКАЛ: Вы и вправду самоуверенны. Но это неплохо. Шарик на место положите. Спасибо. Ставки – сделаны. А шарик, циферки – это так, бутафория. Игра идет по крупному. Постарайтесь, милочка, не проиграть – очень вам советую. Скоро все будут в сборе, разминайтесь.

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Те же. Там же. Осторожно заходят звери. Появляется Лев.

СВИНЬЯ: Ваше Величество! Мы так пережимаем за ваше самочувствие, драгоценный вы наш правитель! Так пережимаем, так болеем за Вас!
ЛЕВ (говорит надрывно, с отдышкой): Вр-ранье! Это у вас с брудершафтов голова трещит. Р-распустились?! Меры не знаете? Сухого закона захотели? Ладно. Об этом – потом: создадим комиссию, разберемся... Садитесь. Сегодня у нас главное -- второе задание для дорогого гостя. Итак… Если ты, человек, хочешь стать зверем, то ты должна сбить ударом хвоста летящую муху. Для настоящего зверя – плевое дело. Давай!!!

Звери перешептываются, оглядываются на свои хвосты, смотрят на человека сочувствующе. Лев выпускает из коробочки «муху» и она с жужжанием «летает» по сцене, все провожают ее глазами.

СВИНЬЯ: Как это мудро придумано!
МЕДВЕДЬ: Хвостом? Муху? Не-е, точно промахнется.
ЛЕВ: Не тяни. Муха притомилась.
ШАКАЛ (вполголоса): Все пропало! Все пропало! Женюсь на Свинье – Его Величество оценит!

Неожиданно человек, взяв в руку хвост Осла, с резким хлопком прерывает жужжание мухи; все взглядом провожают ее падение; Шакал подскакивает и поднимает ее с пола

ШАКАЛ: Мертвая… Мертвая!

Человек отбрасывает уже ненужный ему хвост осла.

ОСЕЛ (потирая хвост): Больно же, не веревка все-таки.
МЕДВЕДЬ: Ишь ты – наповал. Землячок-то, а?
ЗМЕЯ: Ш-штучная работа. Ш-шарман…
ЧЕЛОВЕК: Муха мертва. Я прошла испытание.
ЛЕВ: Нет, ты его не прошла. Ты убила муху чужим хвостом. А в том, что Осел – скотина и предатель, никто не сомневался.
ЧЕЛОВЕК: Нет, я прошла испытание! Ты не сказал «своего хвоста». Ты сказал просто – ударом хвоста. Условия выполнены.

Лев смотрит на Змею

ЗМЕЯ: Нич-чего не поделаеш-шь, Ваш-ше Велич-чество. Девуш-шка права – не сказали-ссс.

Лев смотрит на зверей по-очереди.

ШАКАЛ: Я вообще ничего. Не слышал. Я все по хозяйству.
МЕДВЕДЬ: А что я? Да и какая разница: сказали, не сказали… Из слов меда не нацедишь.
ЗМЕЯ: Увы, но – не сказали.
СВИНЬЯ: Но Вы наверняка так подумали.

Звери начинают шумно обсуждать победу человека.

ЛЕВ: Стоять! Зверье… Рано радуешься, девочка. Объявляю третье испытание. Завтра в течении дня Недообезьяна должна укусить человека. Слышишь, ты?! Человека укусишь! Посетителей послушать про твою нежность немало притопает – любого выбирай и – зубами. (уходит)

СЦЕНА СЕДЬМАЯ

Уходят все, кроме Человека, Змеи, Шакала и Медведя. Змея что-то нашептывает Шакалу и тоже уходит.

ЧЕЛОВЕК (сам с собой): Что-то я волнуюсь. Я же с детства кусаться не умею. Девчонки во дворе кусались – любо дорого посмотреть, а я не могла. Не умела и не хотела. Как же я завтра? Ничего, главное, собраться с духом и постараться.
ШАКАЛ (человеку): Кстати, уважаемая, могу поделиться анализами Его Величества…
ЧЕЛОВЕК: Зачем? Не хочу.
ШАКАЛ: Напрасно. Вас это сейчас очень касается. Личный ветеринар Его Величества – кстати, мой близкий приятель, так что если какая хворь – устрою в лучшем виде. Так вот, этот приятель по секрету мне сказал, что тонус и анамнез…
ЧЕЛОВЕК: Мне не интересны эти подробности.
ШАКАЛ: Короче, загибается Лев, уверенно и бесповоротно.
МЕДВЕДЬ: Ладно, землячок. Что мы по сухому-то говорим? Во — медовуха, отборная, сообразим?
ШАКАЛ: За нежность!

Выпивают; Медведь тут же наливает по новой.

ШАКАЛ: Да, кстати: грешно, просто неприлично было бы не отметить ваш сегодняшний успех.
МЕДВЕДЬ: Надо-надо. А то ведь как аукнется, так и опохмелится. Я что-то не то сказал? Звиняйте. Давайте выпьем.

Выпивают и разливают

МЕДВЕДЬ: Со свиданьицем, как говорится. С липового меду! Хорошо идет.
ЧЕЛОВЕК: Будете уговаривать меня уйти? Не уйду.
МЕДВЕДЬ: Вот глупая – да посидеть нам с тобой захотелось. Или нельзя? Может, ты зазналась? Прямо скажи, мы поймем.
ШАКАЛ: Ну, еще по одной. За нашу победу! (выпивают) До дна, до дна, до дна! Вот славно.
МЕДВЕДЬ: Раз, два, три, четыре, пять.
Вышел Мишка погулять.
Поглазеть на мать-природу,
ШАКАЛ (обрывая): Хочешь быть Царем Зверей?
ЧЕЛОВЕК: ???????
МЕДВЕДЬ: Кем?! Ты рехнулся! Да Лев тебя… Мамочки, меня тут не было. (хочет убежать, прихватив бутылку)
ШАКАЛ (грубо останавливая его): Да Лев помрет не сегодня — завтра. А нам жить… Нужен новый царь, свой царь.
МЕДВЕДЬ: Тогда лучше меня в цари. Из меня такой царь получится – хоть святых выноси.
ШАКАЛ: Тебя нельзя. Ты пьющий, буйный и ленивый. А царь – ему пить не положено, он же всегда на работе, понимаешь? Не надо, Миша. Хлопотное это дело. Да и звери не поддержат – ты же их тогда всех задерешь. Зачем тебе корона? А я тебя всегда даром угощать буду.
МЕДВЕДЬ: Не врешь?
ШАКАЛ: Клык даю! Оба!
МЕДВЕДЬ: Выпьем.

Выпивают

ШАКАЛ (Человеку): Так вот, значит, царь. Масса преимуществ! Неслыханные возможности! Абсолютная власть!
ЧЕЛОВЕК: А я вообще против монархии. Не хочу. Да и испытание у меня еще завтра…
МЕДВЕДЬ: Да что испытание! Ты только согласись — мы сами здесь всех перекусаем.
ШАКАЛ: Ваши политические взгляды нам совершенно по уху… Что хотите устраивайте, хоть страну советов, но только чтоб в короне.
МЕДВЕДЬ: Ты что, землячок? Соглашайся – на троне посидишь. Ну, еще по одной. (выпивает)
ШАКАЛ: Поймите, милочка, Лев на издохе. На карту поставлено все! Парнокопытные нас всех сметут и растопчут. Пост Царя, полная свобода, власть, регалии, почет, особое мясное меню и все такое. Соглашайтесь!
МЕДВЕДЬ: Еще по одной?
ЧЕЛОВЕК: Я не для этого сюда пришла. Мне как-то…

ШАКАЛ И МЕДВЕДЬ

Кто-то кушает компот,
Ну а кто – наоборот.
Только глупый не подхватит,
Что само под лапу прет.
В небе птица чик-чирик
Тоже ловит кайфа миг.
Только глупый не проглотит,
Что ложится на язык.
Можно жить и как пчела:
День за днем одни дела.
А в итоге не отведать
Капли меда со стола.
Но ведь кто-то этот мед
Уминает в полный рот.
Так что слаще быть не пчелкой,
А совсем наоборот.
Может, ты боишься Льва?
Так ведь он живой едва.
Даже если напряжется,
Он протянет акта два.
Да ты скажи одно «ку-ку»
И мы согнем его в дугу.
Прямо щас с ним разберемся –
Гриву вырвем по клоку.
Где ты, рыжий папуас?
Будем брить тебя сейчас.
Никуда тебе не скрыться
От сплошного гнева масс.

Уходят на явные пьяные разборки со львом.
Человек остается один.

ЧЕЛОВЕК: А Льва – даже жалко. Одинокий, несчастный. Пугливый. Ни друзей, ни любви. Зоопарк набит Львовичами, а у него – ни одного львенка.

СЦЕНА ВОСЬМАЯ

Человек укладывается спать. Появляется видение Пантеры.

ПАНТЕРА: Здравствуй. Рада тебя видеть.
ЧЕЛОВЕК: Здравствуй. А ты кто? (узнавая) Пантера? Ты – та самая Пантера? Не может быть – тебя же загрызли.
СВИНЬЯ: С кем ты разговариваешь? Здесь никого, кроме нас нет.
ЧЕЛОВЕК: Да вот же – Пантера.
СВИНЬЯ: Свят, свят, свят. Чур меня, чур.
ЗМЕЯ: До чего секс может довести ранимые натуры. Свиньюшка, нам пора, пойдем отсюда. (уходят, озираясь, явно со страхом и почтением к пантере).
ЧЕЛОВЕК: Почему все ушли?
ПАНТЕРА: Они мне неинтересны. Так кто меня загрыз?
ЧЕЛОВЕК: Лев. Сначала – снотворное, потом – клыки.
ПАНТЕРА: Любопытная версия. Убедительная. Только я тебе вот что скажу: Лев уже никого загрызть не может - у него клыки вставные. Он их на ночь в стакан с марганцовкой кладет. Смешно, правда?
ЧЕЛОВЕК: Да я его и не боюсь.
ПАНТЕРА: Зря не боишься. Клыки… вовсе не в них дело. Некоторые и без клыков… Хочешь, расскажу, что с тобой будет?
ЧЕЛОВЕК: Не хочу.
ПАНТЕРА: Правильно. Не нужно ничего знать заранее.
ЧЕЛОЕК: Потому что почему?
ПАНТЕРА: Потому что не надо заглядывать вперед судьбы.

Пауза

ЧЕЛОВЕК: Так ты что же – возвращаешься в зоопарк?
ПАНТЕРА: Что? Не знаю. Разве это важно?

ПЕСНЯ ПАНТЕРЫ

Черная, черная ночь.
В каплях звездной крови.
Я твоя, я твоя дочь.
Черная ночь любви.
Нежная голая страсть
Лап мохнатый излом.
Красная грозная пасть.
В горле сдавленный ком.

Припев
Гордая. Такая гордая
Не пытайся идти за мной.
Гордая,такая гордая.
Никогда не стану ручной.
Своенравная и капризная
Я уйду – не вернуть –
Звезды с небосвода слизывать
И лакать млечный путь.

Черная звездная ртуть
Выльется на стекло.
Черную крепкую грудь
Болью заволокло.
Тихо, молча уйду.
Растаю в ночной тиши.
В сладком черном бреду
Зализывать боль души.

Припев

Черная, черная ночь.
В каплях звездной крови.
Я твоя, я твоя дочь.
Черная ночь любви.
Черная, черная ночь.
Прочь…

ПАНТЕРА: Клеточка моя... Пять лет вместе. Пуд соли с мясом. Хорошая клетка, правда?
ЧЕЛОВЕК: Почему ты убежала?
ПАНТЕРА: Из-за тебя.
ЧЕЛОВЕК: Не понимаю.
ПАНТЕРА: Не веришь… Помнишь, как ты день за днем ходила по зоопарку и сахаром зверей кормила? А меня помнишь? Я не брала твой сахар.
ЧЕЛОВЕК: Я это помню.
ПАНТЕРА: Я никогда ничего ни у кого не беру. Но я увидела твои глаза. Твои глаза… Они потом снились мне. Все чаще и чаще. Каждую ночь. Ты жалела меня, ты сострадала мне, я видела в них твою жалость ко мне, к несчастной кошке. К этому черному зверю, в котором все видели только черную ненависть.
Но твои глаза – они словно разбудили во мне что-то, словно разбудили меня саму. И я вдруг поняла, что я – другая. Что мне совсем не это нужно. Не эта клетка, не этот затравленный зоопарк, в котором все звери меня бояться, потому что я – племянница Его Величества. Бояться и завидуют. Но я – другая. Ты тоже – другая, но сама этого пока не знаешь. Не будем об этом. Я поняла, что больше – не могу. И я ушла искать другую жизнь… настоящую жизнь с настоящей нежностью и любовью.
ЧЕЛОВЕК: Ты нашла это в лесу?
ПАНТЕРА: Пока не знаю, что я нашла. Но знаю, от чего избавилась. Иногда куда важнее избавиться, чем найти. Еще я знаю, что найдешь ты. Не пожалей об этом.
ЧЕЛОВЕК: Что же я найду?
ПАНТЕРА: Себя. Такой, какой ты себя еще не знаешь.
ЧЕЛОВЕК: Звучит странно…
ПАНТЕРА: Я и сама странная. Много знаю. Разное предвижу…
Я буду приходить к тебе иногда. Вот как сейчас. Просто поболтать. По-женски. Прощай.
ЧЕЛОВЕК: Подожди…
ПАНТЕРА (уходя):
Гордая, такая гордая.
Не пытайся идти за мной.
Гордая, такая гордая.
Никогда не стану ручной.
Своенравная и капризная
Я уйду – не вернуть
Звезды с небосвода слизывать
И лакать млечный путь.

Пантера исчезает. Человек засыпает. Затемнение

СЦЕНА ДЕВЯТАЯ

Ранее утро. Человек спит в клетке. Появляется Лев. Тихо, стараясь не шуметь подходит к спящей девушке, некоторое время стоит над ней с нежностью во взгляде. Поправляет на ней одеяло, от чего та просыпается.

ЧЕЛОВЕК: Что тебе нужно?
ЛЕВ: Доброе утро, дочка. Мне ничего не нужно. Просто захотел увидеть тебя. Всю ночь не спал, думал. Это наша стариковская привилегия – думать.
ЧЕЛОВЕК: Думал, как меня убить?
ЛЕВ: Не надо так. К тебе не Царь зверей пришел. К тебе пришел проживший жизнь зверь, которому есть что полезного сказать. Одеяло у тебя тонковато, не зябнешь?
ЧЕЛОВЕК: Я слушаю тебя.
ЛЕВ: Этого так просто не скажешь, извини. Это не тронная речь.
ЧЕЛОВЕК: Говори, не тяни Осла за уши.
ЛЕВ: Я тоже был когда-то молодой, горячий… Понимаю – апломб, амбиции, гонор… все понимаю. Наверное, даже больше, чем ты сама в себе понимаешь. Да-а… вот так.
Я ведь часа два, как брожу у твоей клетки. Не хотел будить тебя, дочка. Знаешь ли… в этой жизни, когда ее проживешь, много чего понимаешь. И многого бы не делал, если бы…

ПАМЯТИ ЛЬВА

Я вспоминаю те года,
Далекие, как сон.
Кипела кровь во мне тогда
Надеждам в унисон.
Я был горяч, мечтой влеком
Свободы для зверья.
И ночью из лесу тайком
Пробрался в город я.
Я это помню наизусть.
Как гриву ветер грыз.
И липкий страх, что не вернусь,
Давил на плечи вниз.
Но словно ночи черный пар,
Стелился я и плыл.
И просочился в зоопарк,
И двери все открыл.
Ах, эти юные мечты!
Ах, эти пыл и страсть!
Желанье чистой красоты,
Восторженная пасть.
Но мир циничен и жесток,
А пошлый он вдвойне.
Он словно выстрелом в висок
Убил меня во мне.

Я пооткрывал все клетки – выходите, вот вам свобода! Но звери забились по углам и только клыками клацали от страха. Я метался между клеток, я звал, я просил, я умолял, я рычал и угрожал – но никто так и не вышел, никто не принял от меня свободу. Она им была не нужна.

И понял я, что не нужна
Свобода никому.
Что не заменит им она
Кормящую тюрьму.
Что обманул меня Вольтер,
Что я – наивный зверь.
И я шагнул в пустой вольер
И молча запер дверь.
Ах, эти юные мечты!
Ах, эти пыл и страсть!
Желанье чистой красоты,
Восторженная пасть.
Но мир циничен и жесток,
А пошлый он вдвойне.
Он словно выстрелом в висок
Убил меня во мне.

ЛЕВ: И я решил научить их понимать свободу, ценить и любить свободу. Но звери не хотели этому учиться. Тогда я решил их заставить. И занял царский трон. …Если бы я знал, что стану таким, я бы бежал от этого трона, от этого зоопарка… Бежал бы, не жалея когтей. Я променял свою жизнь на власть. Сомнительный обмен. Жестокий. Я обокрал себя. И потому все годы, все свои годы здесь я – ненавидел. Ненавидел зоопарк, ненавидел это зверье, которое… а-а. Прежде всего, ненавидел себя – ведь я сам, вот этими лапами уничтожил себя. Я прятался от этой ненависти, водкой и кровью ее заливал. Не помогло, знаешь ли. Не помогло. Мне тебя жалко. Я вижу в тебе себя. Я люблю в тебе себя молодого. Я не хочу, верь мне, не хочу, чтобы ты потеряла здесь себя.
ЧЕЛОВЕК: Закончил?
ЛЕВ: Ты даже не представляешь, насколько для тебя самой важно не остаться в зоопарке. Насколько было бы лучше для тебя не пройти третье испытание. В этом – твое спасение.
ЧЕЛОВЕК: Зря стараешься...
ЛЕВ: Прощай. Больше я для тебя ничего не могу сделать. (уходит)
ЧЕЛОВЕК: Старик… нюни тут распустил, расплакался. Но не надо этому поддаваться, подруга, не надо. У тебя впереди – очень серьезное дело. И надо еще успеть укус отрепетировать.

Затемнение…

СЦЕНА ДЕСЯТАЯ

Вечер. Бар. Оркестр. Шакал. Появляется Человек.

ШАКАЛ: А-а, это ты… Подвела нас, нечего сказать. А ведь мы так на тебя надеялись, так рассчитывали… Такие ставки на тебя делали. Ставили на тебя. У твоей клетки весь день толпа стояла, глупости твои слушала. Одного кого-нибудь разок бы куснула – и все. Никто ведь не требовал загрызть там или руку откусить. Просто кус-нуть. А ты… Ты и представить себе не можешь, как крупно ты проиграла. Видеть тебя после этого мне лично нежелательно. И никакого лангета тебе не будет, не проси даже. Уйди с глаз, не мешайся.
ЧЕЛОВЕК: Извини. Не смогла я. Они на меня смотрели с такой верой, они так слушали мои слова про нежность, доброту… И вдруг я – кусаться? Не смогла. Извини.
ШАКАЛ: Так ведь ради дела все, ради идеи… Неужели ради большой игры… да что с тобой клыки-то точить. Все уже поздно.

Появляется Медведь

МЕДВЕДЬ: А, землячок. Вещи собрала? Расстроила ты меня, скажу тебе прямо, сильно расстроила. Водки! Не думал, что вот так вот ты сможешь подвести всю нашу компанию. Верили мы тебе, а что получилось? Будем считать, что вместе мы ни разу не сидели, не закусывали, разговоров не разговаривали. А что мы с Шакалом к тебе приходили – так это шутка была. Я вообще ничего не помню. Ни-че-го!

Появляется Свинья

СВИНЬЯ: Прощай. Хотя – жалко, есть в тебе (под змею) определенный шарм, есть все-таки.

Появляется Осел

ОСЕЛ: Не говори ничего. Все к лучшему, потому что все так, как и должно было быть. А я, Осел, уже начал думать, верить, надеяться… ерунда все. Прощай. Приходи иногда, поговорим. Не унывай.

Появляется Лиса

ЛИСА: Сожалею, милочка. Сожалею.

Появляется Лев; аплодисменты

СВИНЬЯ: Ваше Величество! Вы так прекрасно выглядите, вы так помолодели, стали прямо как юный поросенок. Я хотела сказать – львенок, конечно.
МЕДВЕДЬ: Ваше Величество, у меня решетка еле держится. Готов прямо сейчас переселиться в клетку Пантеры ввиду аварийности своего жилья.
ШАКАЛ: Ваше Величество, ваш любимый коктейль!
ЛЕВ: Тихо-тихо, не надо оваций. Сегодня - грустный день. Мы провожаем нашу дорогую Недообезьянку. Жалко, что так мало порадовала она нас своим обществом, но ничего не поделаешь. Она навсегда останется в наших сердцах. Как хотите, а мне будет ее не хватать. (человеку) Ну вот и все. Молчишь? Молчи-молчи, ты и так уже достаточно тут наговорила. Но я не держу на тебя зла. И верь мне – так лучше для тебя самой. Я ведь поначалу чуть было не загрыз тебя, честное царское. Прощай. Угостите девочку на дорожку.
СВИНЬЯ: Нет-нет, она уже опаздывает.
ШАКАЛ: Я ей с собой собрал.
ЛЕВ: Последнее слово человека!

Пауза

ЛЕВ: Тебе нечего сказать? Жаль. Ну, будем прощаться. Кто-нибудь проводит до ворот эту неудачницу?
ОСЕЛ: Я провожу. Помогу вещи донести.
ЛЕВ: Не поминай нас лихом. Все, уходи.

СЦЕНА ОДИНАДЦАЯ

Те же. Появляется Змея с бинтом и склянкой йода.

ЗМЕЯ: Ш-што творится! Это не аптека, а какой-то зал ож-жидания. Кенгуру совсем изнеж-жилась. Завтра же я ее удуш-шу. Ш-шарман? Что за трагедия?
ШАКАЛ: Человека провожаем. Не справилась – куснуть не смогла, бездарь. Она ведь…
ЗМЕЯ (громко): Но ведь день третьего испытания еще не кончился. Зачем спешить? Ваше Величество, вы торопите события. Нехорош-шо.
ЛЕВ: Я не понимаю тебя, Змея Львовна… Кто слово давал? Как ты вообще смеешь?
ЗМЕЯ (человеку): Ещ-ще есть время. Подумай. Вспомни, наконец, кто ты такая, и… Не сдавайся, ну ж-же!?
ШАКАЛ: Ты с ума сошла! Определенно, женюсь на Свинье. Прощай, глупая Змея.
ЧЕЛОВЕК: Я ничего не понимаю!
ЗМЕЯ: Ну ж-же, думай быстрее, как на охоте. Соображай, человече, соображай!
ЛЕВ: Я тебе этого не спущу. Пож-жалеешь. Михаил Львович!

Медведь, пошатываясь с угрожающими намерениями дергается то к Змее, то к Человеку – не знает, кого конкретно имел в виду Лев.

ЗМЕЯ: Послала ж-же судьба такую ж-желторотую, ограниченную, тугодумную… Ты недостойна самою себя!

И тут человек понимает и энергично вскакивает на стол рулетки

ШАКАЛ: Эй, полегче! Куда в обуви? Слазь!
ЧЕЛОВЕК (со стола): Я должна в течение дня укусить человека? Получите!

Человек поднимает руку, демонстративно закатывает рукав и со всей силы впивается зубами в свою руку; звери в шоке, человек отрывает зубы от руки и демонстрирует всем сильно укусанную руку, с которой достаточно густо капает кровь.

ШАКАЛ: Да что ж ты, бестия? Мисочку подставь – сукно ведь, казенное сукно. Пятна останутся. Ваше Величество, скажите ей!
ЗМЕЯ: Ш-шарман. Я горж-жус-сь тобой, девочка.
ЧЕЛОВЕК: Я. Укусила. Человека. Я укусила человека. Укусила. Ура…

Звери в восторге. Лев сник.

ЧЕЛОВЕК:

Я с детства думала, кусаться –
Порочный путь и моветон.
Мне говорили: «Надо драться!»
Я отвечала – «Миль пардон».

Но предрассудки все – пустяк.
Освобождайся от цепей!
Кто не лентяй и не дурак –
Кусай да пей! Кусай да пей!

Со всеми я отныне вровень!
Я козырной достала туз.
И оказалось, что у крови –
Нормальный вкус! Нормальный вкус!

И предрассудки все – пустяк.
Освобождайся от цепей!
Кто не лентяй и не дурак –
Кусай да пей! Кусай да пей!

МЕДВЕДЬ: Землячок, это надо отметить! В смысле рану снутри промыть.
СВИНЬЯ: А хочешь, я тоже тебя укушу? Нежно-нежно.
ОСЕЛ (радостно): Слезай, я тебя перебинтую.
ЧЕЛОВЕК: Что скажешь, Царь Зверей? Как и заказывал – укусить человека.
ЗМЕЯ: Дело сделано – она стала зверем.
ЛИСА: У нее даже взгляд изменился.
ШАКАЛ: Сукно жалко.
ЧЕЛОВЕК (Льву): Что скажешь, Львович?
ОСЕЛ: Ладно, оставь в покое старика.

СЦЕНА ДВЕНАДЦАТАЯ

Там же, те же
.
ЛЕВ (взрываясь): Слушать сюда! Человек… с ней все ясно. Зверем больше, зверем меньше. У нас сегодня не менее важный вопрос… Стоять, я сказал! Я столько лет в царях… Так вот: не позволю… Чтобы в моем зоопарке… Осел Львович… От зверей ко мне постоянно поступают жалобы на этого ушастого: крутится с метлой под ногами, мешает спать и есть, вечно лезет со своей чистотой. Короче: терпение зверей исчерпалось и по просьбе абсолютного большинства Осел сегодня же будет выслан в другой зоопарк.
(легкий общий шок). Сегодня же! Сейчас же! Сию минуту! Не позволю! С вещами – на выход. Время пошло…

Пауза. Звери присмирели. Осел понурив голову идет через сцену. Звери с ним прощаются.

МЕДВЕДЬ: Не могу! Философ, а жалко. Я к тебе иногда придирался – прости, не со зла. И знаешь что? Иди, не царапай душу. Раз, два, три, четыре, пять. Вышел Мишка…
СВИНЬЯ: Ты вполне интересный мужчина, просто не в моем вкусе.
ШАКАЛ: Тамошнему Шакалу привет передавай.
ЗМЕЯ (Ослу): Не падайте духом, мон шер. Везде можно жить. Мы еще встретимся.

Осел встречается глазами с Лисой

ДУЭТ ОСЛА И ЛИСЫ

ВМЕСТЕ
Я люблю. И любовь как сквозь пальцы вода
Проступает сквозь шкуру и прямо – сюда.
Я не пью, я не ем, я ночами не сплю.
Я люблю, понимаешь, люблю, люблю…
ОСЕЛ
Я люблю. И такая случилась беда,
Что теперь не увижу ее никогда.
Я в изгнанье свое с этой болью уйду
Как лунатик-осел, как медуза в бреду.
ЛИСА
Я люблю. Вот такая случилась беда,
Мои нервы разорваны, как провода.
Мое сердце сгорает в тоске огневой.
Мне почти ни к чему эта жизнь без него.
ВМЕСТЕ
Время лечит. Время лечит,
Говорили мне врачи.
Будет легче. Будет легче.
Стисни зубы и молчи.
Врали, что сгорит лучиной
Страсть, разлитая в крови.
Но любовь неизлечима –
Нет лекарства от любви.

ЧЕЛОВЕК: Стойте! Так нельзя.
ЛЕВ: Ты сегодня свое уже показала. Торжествуй молча, а в наши дела не лезь.
ЧЕЛОВЕК: Я же вижу… Мы же все видим… Скажите… Внимание, звери! Поднимите лапу, кто действительно хочет, чтобы Осла сослали в другой зоопарк.
ЛЕВ (подняв лапу): У вас что, лапы поотсыхали?
ЧЕЛОВЕК: Не надо на них давить!

Звери в замешательстве. Шакал и свинья то поднимут лапы, то опускают. Шакал косится на Змею. У медведя лапа просто не поднимается. Осел раскрыв рот смотрит на человека.

Всего одна лапа! Значит, мы – звери – не хотим этого. Значит, нельзя отправлять Осла. Нельзя! Осел, ты можешь остаться!

Звери радуются и аплодируют; Лев по-прежнему держит поднятую лапу

ЧЕЛОВЕК: Решение принято. Можешь опустить свою одинокую лапу.
ЛЕВ (в прострации): Осел Львович, искренне рад.

Затемнение

СЦЕНА ТРИНАДЦАТАЯ

Просцениум. Появляются Медведь и Свинья.

МЕДВЕДЬ (озираясь): Слышь, Свинья. А здорово мы Осла отстояли, а?
СВИНЬЯ: Я боюсь. Лев нас всех за это растерзает. Я уже с поросятами своими на всякий случай попрощалась.
МЕДВЕДЬ: Не реви, Хрюня. И не боись: ничего он с нами не сделает. Мы сами можем с ним сделать, что хотим. Нас много. Надо будет – слонов и буйволов выпустим. Мы все можем. Мы даже вообще можем Льва с трона прогнать.
СВИНЬЯ: Свят-свят-свят…
МЕДВЕДЬ: А нам вообще царь нужен? Не уверен. Ты посмотри, сколько цари едят, а? Поди прокорми их… А что? Будем сами все решать. Будем поднимать лапы! У кого лапы сильнее – тот и прав.

Появляется Шакал

ШАКАЛ: Вы тут пьете или едите?
МЕДВЕДЬ: Мы тут власть делим.
ШАКАЛ: Скажу прямо и смело, как всегда: Лев меня удивил. Он даже не попытался загрызть Человека или хотя бы Осла. А я его столько лет боялся! Мы все его столько лет боялись! Кого боялись-то? Этого старика? Я теперь ему все только подгоревшее подавать буду. Да-да, подгоревшее. Вот такой я карбонарий.
СВИНЬЯ (шепотом): Да и мужчина из него, откровенно говоря, не очень.
МЕДВЕДЬ: Чего шепчешь? Говори громко – теперь можно.
СВИНЬЯ (громко): Лужи раньше были значительно теплее, а желуди – крупнее.
ШАКАЛ: А чего еще от такого царя можно ждать? Он даже с климатом справиться не может. Сла-бак.

Появляются Осел и Лиса

МЕДВЕДЬ: Осел! Тебе терять нечего – загрызи Льва, а?
ШАКАЛ: Сделай доброе дело.
ОСЕЛ: Спасибо, друзья, спасибо. Я так счастлив, что остался в нашем зоопарке… Завтра мы поженимся. (Лисе) А ты не передумаешь?
ЛИСА: Никогда.
МЕДВЕДЬ: Так загрызешь?
ОСЕЛ: Конечно-конечно. Все приходите. Мы будем рады вас видеть на нашей свадьбе.
СВИНЬЯ: Говорила мне мама: любовь – это болезнь, происходит от плохого аппетита, но со временем лечится.
МЕДВЕДЬ: Я не понял – так ты пойдешь убивать Льва?
ОСЕЛ (глядя на Лису, протяжно и автоматически): Льва… Царь зверей. Самый глупый царь. У тебя восхитительные ушки.
ЛИСА: Нет, у тебя красивее. Большие такие, мохнатые. Прелесть.
ШАКАЛ: Да, с такими революцию лучше не затевать.

ДУЭТ ЛИСЫ И ОСЛА

ОСЕЛ
Я не верю ушам. Я наверно больной.
Как же я вас люблю, рыжий ангел Вы мой!
Я не смел и мечтать про такой поворот:
Думал, что не любим, вышло наоборот!
ЛИСА
Я не верю ушам. Слезы счастья в глазах.
Словно по волшебству отлетел этот страх.
Словно в небе взошла нашей страсти звезда…
Вот такая счастливая вышла беда.
ВМЕСТЕ
Нас минуют любая печаль и беда.
Навсегда! Мы с тобою теперь навсегда!
Будет время лететь и дождинки дождить,
Но не сможет ничто нас с тобой разлучить!!!


СЦЕНА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Те же. Появляется Змея.

ЗМЕЯ (Шакалу): Как аппетит?
ШАКАЛ (плаксиво): Никто не хочет грызть Его Величество. А у этих вообще одна любовь на уме. Извините…
ЗМЕЯ: Мы же с тобой о другом говорили! (всем зверям, деловито) Значит, так. Слушать сюда. Выбираем в цари зверей человека. Срочно! Я только что из сектора парнокопытных. Там -- жуткое брожение и шатание. Дикие стада! Все уже знают, что Лев опозорился и теряет силы…
ШАКАЛ (радостно): Акелла промахнулся! Акелла промахнулся! Я извиняюсь.
ЗМЕЯ: Ситуация грозит выйти из-под контроля. Буйволы уже организуют партизанские отряды. Крокодилы шлифуют клыки. Мухи це-це формируют эскадрильи. И все хотят дорваться до власти! Срочно, сегодня же, пока не поздно – нам нужен новый сильный уверенный в себе и авторитетный царь. Иначе может случиться непоправимое. Лучший вариант – избрать человека. На него никто еще не имеет ни клыка, ни копыта. Понимаете?
ЗВЕРИ: Ну как бы да…
СВИНЬЯ: А угощенья? Она же отменит угощенья!
ЗМЕЯ: Мы объясним ей, что жестоко отказывать посетителям в праве покормить зверя.
ШАКАЛ: Просто капканная логика!
МЕДВЕДЬ: А как же клетка пантеры?
ЗМЕЯ: Она опять будет нашей! Ведь тогда человек перейдет в царский вольер!
МЕДВЕДЬ: Тогда я – за нее. А кто против – выходи бороться. Свинья, ты против?
СВИНЬЯ: Я – за. Я вообще за – и за клетку, и за человека, и за еду. Я поросят приведу. Мы все за будем. За! За! За!
ЗМЕЯ: Ну, вот и хорошо, дети мои.

Затемнение.

ФИНАЛ

Вечер. Бар. Звери в приподнято-возбужденном состоянии. Все ждут и чуют скорого зрелища.

ОСЕЛ: Мне надоело за вами за всеми убирать! Я вообще – жених!
СВИНЬЯ: Предлагаю отменить стыд! Вообще. Я вот ничего не стесняюсь. Я прямо сейчас вам всем такое покажу…

Звериный смех.

МЕДВЕДЬ: Вот только не надо, а то меня стошнит. Или я тебя задеру. Не понимаю! Не понимаю!!! Почему на работе нельзя пить?! Не по-ни-ма-ю! Ведь когда выпьешь, становишься настолько нежнее… А, Лизавета Ословна?

Появляются Змея и Шакал. Шакал катит на инвалидном кресле Льва, который весь замотан-перемотан, забинтован и нем.

ЗМЕЯ: Так, все в сборе. А где человек?
МЕДВЕДЬ: Ходит по зоопарку и принимает поздравления с успешным вступлением в звери. Ей все так рады… Так нежны…
ЗМЕЯ: Быстро осваивается, молодец.

Появляется человек.

ЧЕЛОВЕК (торжественно): Здравствуйте, братья мои – звери! Я очень рада видеть вас всех здесь.

Звери шумно приветствуют человека, кричат, даже как бы друг перед другом выделываются – кто громче, ярче, преданнее это делает. В результате общего звериного восторга человек оказывается на троне – Медведь поднимает ее туда.

МЕДВЕДЬ: Вот, чтобы всем тебя хорошо было видно.
ЛЕВ: Слазь. Сейчас же слазь! Девчонка! Ты не имеешь никакого права, никакого… Да я тебя… Кхе, кхе, кхе (закашливается).
ЧЕЛОВЕК: Не шуми, тебе вредно волноваться.
ШАКАЛ: Может быть, Вам молочка горячего, Ваше Величество? Вы не кричите, Вам поберечь себя надо.
СВИНЬЯ: В таком состоянии надо у себя в вольере рядом с корытом отлеживаться, а не по собраниям ходить.
ЛЕВ: Всех… Уволю… Всех… на клыки… Р-разор-рву…
ЗМЕЯ: (подойдя ко Льву и поглаживая) Ус-стал, дорогуш-ша, тяж-желую ж-жизнь прож-жил. Все здоровье свое на работе растратил. Отдохнуть пора. (всем) Отпустим Его Величество на пенсию, пусть отдыхает. (перекрикивая какие-то слова Льва) Нам нужен новый Царь Зверей! Новый! Самый-самый зверь из всех зверей. Крепкий! Молодой! Энергичный! Авторитетный! Нежный! (звери бурно одобряют каждое слово) Шакал!? Спиш-шь?
ШАКАЛ: И среди нас есть такой! Это – человек!!! (музыка, барабан) Мы все ее знаем. Мы все ее любим. Виват новому царю зверей – человеку!
ЗВЕРИ: Ура! Да здравствует человек! Ура новому Царю зверей!
ЧЕЛОВЕК: Тише! Тише! Я не согласна. Я не хочу! Вам вообще не нужен никакой Царь, поверьте мне.
ШАКАЛ: Ура человеку – самому скромному из всех Царей!
ЗВЕРИ: Ура! Ура!
ЧЕЛОВЕК: Не надо, прошу вас…
МЕДВЕДЬ: Опять ты за свое! Сказано – будешь царем, значит будешь. Ну давай и – по маленькой за коронацию. Давай же!
СВИНЬЯ: Да соглашайтесь вы, сколько можно уговаривать. Это даже неприлично.
ЛИСА: Соглашайтесь, милочка. Не сиротите нас.
МЕДВЕДЬ: Обчество, в натуре, просит. Не ломайся!
СВИНЬЯ: Надо, понимаете? Надо! Я бы и сама пошла в цари, да некогда мне, дел невпроворот – поклонники, дети, то да се.
ЗМЕЯ: Ты сама заварила этот компот – деваться некуда. Неужели ты сможешь обмануть их надежды? Посмотри, они радуются, как щенки. У них праздник. Оставь свои амбиции, сделай доброе дело, не подводи их. Имей в виду! Если не ты, то Царем станет кто-то другой. Ты уверена, что тогда будет лучше?

Пауза; звери переглядываются

ОСЕЛ: Назад пути нет. Так бывает…
ШАКАЛ: Только поторопитесь, пожалуйста, с решением! Слышите, там уже копытами бьют. Пока еще – землю, а через часок-другой – нас.
ЗМЕЯ: Настанет хаос. И будет вообще… не до нежности. Мы не боимся. Мы предупреждаем. Сделайте милость, примите трон. Или убейте нас сами, нас, поверивших в вашу нежность.

Пауза. Слышен нарастающий гул за сценой.

ЧЕЛОВЕК: А-а, ладно. Уговорили, черти. Буду я вашим царем, буду.
ЗМЕЯ: Ну, наконец-то.
МЕДВЕДЬ: А я в тебя всегда верил. Вот ей же ей верил, век мне трезвым ходить.!
СВИНЬЯ: Я требую немедленного брудершафта!
ОСЕЛ: Это правильно. Из двух зол приходится выбирать, из двух зол.
ЛИСА: Вот увидите – мы станем подругами. Я вам очень даже пригожусь. Я знаю, что такое нежность.
ЗМЕЯ: Ш-шарман, ш-шарман. Мы все знаем, что такое неж-жность.
ЧЕЛОВЕК (усаживаясь на трон): Только жить мы будем совершенно по-другому. У нас будет царить справедливость, равенство и нежность. Хватит делить зверей на хищников и травоядных, все – равны!
ЗВЕРИ: Ура!!!
ЧЕЛОВЕК: Хватит жить каждому по своим клеткам!
ЗВЕРИ: Ура!!!
ЧЕЛОВЕК: Мы не позволим никому в нашем зоопарке быть несчастливым, никому не позволим!!!! Песню!

Некоторое замешательство. И вдруг на авансцену выскакивает Змея и начинает откровенно «под фанеру», путаясь и спотыкаясь, «детским счастливым голосом – чужим на все сто – петь эту а-ля пионерскую песню.

В мире этом столько тепла –
Солнца хватит на всех.
В мире этом столько добра,
Каждого ждет успех.
Пусть повсюду песни звенят,
Злой повержен монарх.
Пусть растают с этого дня
Грубость, злоба и страх.
Ты мне брат и я тебе брат.
Вместе одна семья.
Мы сильнее стали стократ
Ты и я.

МЕДВЕДЬ: Извините, пожалуйста. Если я правильно понимаю, то вы, Ваше Величество, вселяетесь в царский вольер? Я, конечно, глубоко извиняюсь. А всемилостевейше дозвольте полюбопытствовать, кому тогда достанется клетка Пантеры?

Пауза

ЧЕЛОВЕК: Я думаю, что пусть она пока постоит свободной. Кстати, Шакал, сходи и запри ее. Бегом!

Шакал в испуге убегает. Звери переглядываются. Появляется Пантера, которая беззвучно аплодирует человеку.


ФИНАЛЬНАЯ ПЕСНЯ

Начинает петь Пантера. Потом включаются остальные. С какого-то места человек – дирижирует.


Можно разные шкуры носить,
Можно духу служить или плоти.
Но преступно ненежными быть,
Кто – против?

Припев
Пусть тебя не смутят поцелуи кнута,
Это все ерунда, ерунда, ерунда…
Улыбайся и носа не вешай.
Кнут по своему – нежен.


Пусть прикажут, мы всех загрызем.
Даже ангела сцепим на взлете.
Нам привычно. Мы так и живем.
Кто – против?

ПРИПЕВ

Мы о нежности поговорим,
О цветах на угрюмом болоте.
А попутно мы всех доедим,
Кто против.

КОНЕЦ
Copyright © 2007-2023 Валерий Стольников
Все права защищены законодательством РФ